Беглянка

Быть может, нашел иной выход? Рискнул бы проигнорировать прямой приказ директора? Отпустил бы? Поговорил бы, наконец, как сделал это сегодня? Или уже тогда предложил бы то, о чем рассказал сегодня? Все же мысли об этом явно не первый день тревожат его голову. Возможно, он действительно что-то придумал? И теперь вопрос заключается лишь в доверии.

О чем говорила прибирающая комнату женщина, Айра не слышала — напряженно размышляла, прикидывая всевозможные варианты. Но когда за ней наконец закрылась дверь, а потом снова бесшумно открылась, пропуская внутрь знакомый силуэт, все же решилась.

— Айра? — настороженно спросил Викран дер Соллен с порога.

— То, что вы говорили про Охранные леса, — правда? — пристально посмотрела на него девушка.

— Да. Со мной тебя пропустят так далеко, как у меня хватит наглости тебя провести.

— И никто не остановит?

— Нет. Меня должны помнить.

— А если все-таки забыли?

— Найдем выход, — уверенно отозвался он. — Все ж у меня там немало знакомых осталось. Не предадут.

Айра на мгновение прикрыла глаза.

— Я должна у вас спросить, прежде чем приму решение… только, пожалуйста, я хочу услышать правду… скажите: что вы хотите от Занда? Лично вы. Без всякой академии, Ковена, простого любопытства и другой чепухи. Зачем вы туда стремитесь? Для чего желаете рискнуть?

Викран дер Соллен на какое-то время словно окаменел. У него поджались губы, на скулах проступили желваки, а глаза на краткий миг вспыхнули так, что Айра даже поежилась.

Однако это быстро прошло — спустя какую-то долю секунды он снова стал прежним.

— Я хочу задать вопрос… очень важный для меня и для того будущего, что ждет меня дальше. Мне нужно узнать одну-единственную вещь, которую узнать больше негде.

— Вы уверены, что вам ответят?

— Нет, — покачал головой мастер. — Но попытаться я должен.

— Это все?

— Да, — кивнул маг, и Айра неожиданно почувствовала, что он действительно этого хочет. А потом все взвесила, оценила, прикинула возможные варианты и наконец наклонила голову:

— Хорошо, я согласна.

Маг подозрительно на нее покосился, но девушка снова кивнула, молча подтверждая, что сказала именно то, что он слышал. Впрочем, чего сомневаться? Он же чует ложь, как собака — свежую кровь. Вернее, как волк — заблудшую овцу. Так что даже странно видеть его сомнения и чувствовать почти осязаемую неуверенность, которая, кажется, охватила его впервые за долгие годы.