Беглянка

«Что бы ни случилось, живой не дамся!»

Кер выразительно взглянул на напрягшегося мага и оскалился, готовый по первому зову хозяйки начать трансформацию.

— Не делай глупостей, — тихо сказал мастер Викран, не пытаясь приблизиться. — Никто не собирается причинять тебе боль. Я не для этого пришел.

— Тогда зачем? — хрипло выдохнула девушка. — Разве вас отправили не для того, чтобы меня вернуть?!

— Именно.

Она зло прищурилась.

— Совету моя инициация покоя не дает? Кого они теперь решили выбрать в качестве учителя? Неужели опять вас?

— Нет, — ровно ответил маг.

 — Пока вопрос об этом не стоит.

— Ну конечно! — ядовито прошипела Айра. — Если уж вы от меня отказались, то кому тогда? Леграну?! Больше некому! Такая чистая Земля, такие способности… представляю, как он будет счастлив, узнав, что вы сами отдали меня в его руки!

Викран дер Соллен неожиданно опустил плечи. Так, словно на них лежала невыносимая тяжесть, от которой его некому было избавить.

— Айра… пожалуйста, выслушай…

Она даже не сразу сообразила, в чем дело, до того это было невероятно.

Но потом расслышала горечь в его голосе и изумленно замерла. Что такое? Он впервые о чем-то попросил?!

— Не делай глупостей, — повторил мастер Викран. — Выслушай меня. Это очень важно.

— Что?!

— Всего минуту, — устало посмотрел маг. — Это займет не много времени.

Она мгновение сверлила его полным подозрения взглядом, выискивая подвох, но дер Соллен был сам на себя не похож.

Он действительно выглядел усталым, словно намедни потратил куда-то много сил.

Его лицо казалось еще бледнее, чем обычно, под глазами пролегли темные круги. Тонкие губы посерели, словно его поцеловала голодная вампа. Короткие волосы лежали в беспорядке, а глаза были еще более странными, как в тот день, когда он пытался взломать ее дверь.

В них, как ни удивительно, не было злости, ненависти или жажды мести. Там не пылало раздражение и даже отблесков гнева не было видно. Эти глаза словно выцвели за те недели, что она его не видела.

Потускнели, почти погасли, и только в самой глубине тлели отблески жизни, по которым можно было признать в нем прежнего, уверенного в себе и властного наставника.

Кажется, он не обманывал: действительно хотел лишь поговорить. А еще он безмерно устал… возможно, потому, что целую ночь потратил, чтобы вылечить одну упрямую, не слишком догадливую ученицу, которая и сейчас не желала вспоминать, по какой причине он отказался от ее инициации.