Беглянка

Хотя бы ее.

Потому что, кроме надежды, у него ничего не осталось.

А еще он внезапно осознал, что грядущая инициация, которую потребовал от него учитель, не сможет состояться. Не такой ценой. И измученный маг, с трудом поднявшись на ноги, отчетливо понял: он обязан отыскать иной путь для того, чтобы она избежала позора. Чего бы это ни стоило ему самому: свободы, жизни, воли… неважно.

Теперь для него ничего не было важным.

Кроме того, что нужно успеть с этим точно к сроку…

ГЛАВА 24

Едва в глазах Викрана угасли последние отголоски прошлого, Айра неверяще вскинула голову, со смешанным чувством рассматривая неподвижно сидящего мужчину.

Она больше не выглядела безучастной и безразличной. Она снова стала собой. Опять дышала и мыслила. Чувствовала и могла испытывать боль. Вот только теперь к этой боли примешивалось нечто иное.

— Почему же вы не сказали?! — потрясенно прошептала она, глядя на склоненную голову мага.

Мастер Викран, не поднимая взгляда, невесело улыбнулся.

— Мне запретили.

— Почему скрывали? Почему не пришли сразу?!

— Я пришел, — горько прошептал он. — Чтобы сказать об инициации.

Айра до крови прикусила губу: все верно. Он действительно пришел в то утро и едва не сломал ей дверь, потому что за множеством слоев защиты впервые не почувствовал, как бьется ее сердце.

Он боялся — тогда она правильно поняла. Боялся настолько, что, не найдя ее возле Иголочки, едва с ума не сошел от дикого, какого-то животного ужаса.

"Он искал Айру по всему острову. Не зная о Марсо и хранилище, обежал все границы, заглянул в каждую щелочку, с мольбой обратился к Шипику и едва не упал на колени перед не на шутку разгневанной Иголочкой… а едва от девочек поступила просьба проверить комнату соседки, стремглав ринулся в жилые корпуса и, до последнего страшась, дернулся в надежно запертую дверь.

Айра похолодела.

Вот почему он выглядел тогда невменяемым. Впервые за все время он не смог спрятать истинных чувств и впервые показался ей человеком.

«А я не заметила, — с внезапной горечью поняла Айра. — Не поняла, почему он так смотрит. Не подумала, что это страх светился в его глазах. Не ненависть, не неприязнь… просто страх. За меня и за то, что кто-то из виаров меня поранит».