Беглянка

 — Он медленно провел носом вдоль странной метки. — Лиловая, как игольник… как глаза у никсы… как листья Перводерева. И она пахнет Зандом… я еще не забыл этот запах. Так что если и существует для нее природный источник, то он находится там».

Призрак недовольно засопел, но сказать на это было нечего.

«Ты правильно идешь, — повторил Викран дер Соллен, неохотно отстраняясь. — Занд выбрал тебя. Принял. И примет снова, стоит только попросить».

«Нам надо торопиться, — неожиданно отвернулась Айра.

 — Мне тревожно. И сны стали совсем нехорошими: все время кажется, что мы опаздываем. Вы поможете мне, лер?»

Волк согласно наклонил голову:

«Я для этого и пришел».

«Спасибо, — очень серьезно посмотрела она. — Только я бы хотела, чтобы вы избавили нас от своего заклятия».

«С ним я уверен, что доведу тебя до Занда живой, — усмехнулся маг. — Так, Марсо?»

— Ну, если не считать того, что ты станешь слаб, как ребенок… — пренебрежительно фыркнул призрак. — Айра, девочка моя, плюнь на него, и пойдем.

Мы ему предлагали — он отказался. Хочет идти у тебя на поводу — ради Всевышнего. Когда надоест, сам попросится. А на нет и суда нет. Так что забудь. Мы и так сильно задержались.

«Хорошо. Но в следующий раз, лер, не молчите — напоминайте, если я вдруг забуду».

Мастер Викран только хмыкнул, а затем поднялся, легонько толкнув ее в бок, и первым потрусил в чащу.

Айра озадаченно переглянулась с удивленно крякнувшим призраком, почесала левое ухо и довольно долго соображала: собственно, а что это было? И гадала ровно до тех пор, пока насмешливый голос не напомнил:

«Ты идешь? Или мне так и болтаться в двадцати шагах, словно пес на поводке?»

Айра покраснела бы, если бы могла, однако волчья шерсть в который раз выручила.

Волчица в три громадных прыжка нагнала ехидно скалящегося перевертыша. И не смогла удержаться от ответной дерзости — пробегая мимо, пихнула его тоже и умчалась, сопровождаемая возмущенным рыком и тихим смехом Марсо. Все-таки волки — совсем не люди и бывают ужасно взбалмошными. А также необидчивыми, быстро забывают прошлое и еще, как ни удивительно, стараются сохранить стаю в неприкосновенности. Это у них в крови. Даже тогда, когда стая состоит всего из двух особей, которые когда-то друг друга на дух не переносили.

— Так его, девочка! Пусть знает, как делать нам гадости… ой! — злорадствующий призрак резко осекся.