Беглая невеста его темнейшества

– Нет, конечно… Разумеется, я совсем забыл о приличиях, пойдемте скорее, пусть вас официально мне представят.

– Зачем это? – излишне резко спросила я. Со своими родственниками я тоже совсем забыла о приличиях. Хамить почтенному старику из Темных земель все-таки неправильно. Я ведь не знаю кто он, вдруг какой-то важный человек.

Надо было как-то выкручиваться. Потому что знакомить его с Эмири и Гарольдом в мои планы не входило.

– Я и так вам скажу, как меня зовут, мое имя Каталина Кроуф, дочь маркиза Кроуфорда.

– Тогда и я представлюсь.

Старик почтенно поклонился, так низко, что я засомневалась, сможет ли он разогнуться обратно.

– Чарльз Гривор, герцог Обертон, хозяин Драконьей долины и член магического совета Темных земель.

Какой деятельный дяденька.

– Рада знакомству, – брякнула я, присаживаясь в неловком реверансе.

– И я, просто счастлив. Давайте все-таки представимся вашим родственникам, мне бы очень хотелось познакомиться с вами поближе.

Как назло, недалеко от прохода на балкон я заметила Эмири, беседовавшую с незнакомым мужчиной.

У нас такие прически не в моде.  Да и темные волосы и одежда недвусмысленно намекали.

Наверняка еще один темный!

В зал я вышла следом за маркизом Обертоном.

Знакомить его с Эмири жутко не хотелось.

Спасение пришло откуда не ждали, как говорится.

– Вот ты где.

Гарольд бесцеремонно сцапал мой локоть и потащил в сторону. Сделал он это довольно тихо, а я не стала сопротивляться и поднимать шум. Так что мой уход его темнейшество, герцог Обертон, не заметил.

– Надо представить тебя кое-кому.

Гарольд подвел меня к светловолосому высокому мужчине. Представил меня как полагается.

А я боковым зрением заметила, как этот герцог подошел-таки к Эмири. Как только догадался?!

– …Трейтон, – только и услышала я. Титул прослушала. Как и то откуда мужчина.

– Н-да, не совсем в моем вкусе.

Хам резко развернулся и растворился в толпе.

Да уж, приятное знакомство.

Больше примечательных встреч за вечер не случилось.

К нам подошла Эмири, слава Айшу, одна, и мы уехали. Мачеха пожаловалась на головную боль, а я ее, в кои то веки, поддержала.

Бал оставил после себя массу неприятных впечатлений. Еще и иллюзия не спешила растворяться.