Беглая невеста

 – Приезжайте, ждем! Очень рады будем! Приезжайте с другом! Встречу, а как же!

Снова выслушал, что говорит дед Гриша, и со всей серьезностью уверил:

– Достойный, я ручаюсь! Вам понравится! – посмотрел на Глашку, улыбаясь совершенно бесстыдно. – Передам обязательно! До свидания, Григорий Павлович! Ждем! – и нажал отбой.

– Убью! – кровожадно пообещала Глашка."

"– А то ты деда своего не знаешь! – смеясь, оправдывался Коля, отдавая ей телефон.

 – Так мы хоть знаем, что он прибудет, а то бы завтра примчался без предупреждения! Он же по твоему блеянию сразу просекает, что у тебя проблемы! Всегда!

– Что ты там нес! – возмущалась беспредельно Глашка. – «Свидание с продолжением»!

– О! – возрадовался Коля. – А это единственное, что в моей речи тебе не понравилось? Кстати, Григорий Павлович сказал, чтобы ты на свидание шла!

– Так и сказал? – опешила Глашка, забыв возмущаться.

– Сказал: ну, раз мужчина достойный и влюбилась, то пусть идет, тем более с продолжением!

Глашка посмотрела на Колю изучающе и вдруг расхохоталась от души!

– Он мог! – смеялась она. – Дед, он как что скажет!

– А вы всегда так общаетесь? – осторожно спросила Инна, о которой все забыли. – Вы же вроде друзья, а ты ее сдал?

– Все, Глашенька, пошли домой, тем более дедушка благословил, – поднялся с места, продолжая посмеиваться, Генералов и протянул ей приглашающе ладонь.

Глаша вложила свою ладошку в его, поднялась, как-то сразу позабыв о повисшем безответно вопросе ничего не понявшей про них девушки Инны.

– Мы пойдем, – оповестил Генералов остающихся и, пропуская Аглаю вперед, к лестнице, наклонившись, шепнул ей на ухо, когда она проходила мимо него: – У тебя есть реальная возможность поизучать эту местную достопримечательность поподробней!

Они никуда не спешили.

И в этом было что-то такое запредельно прекрасное – в неторопливой нежности поцелуев, тихом шепоте милых ласковых слов, в почувствованных каждым миллиметром кожи ласках. И в стремительном соединении, похожем на забытье, отсекающем весь окружающий мир от них двоих! И в долгом расслабленном бессильном «после», не разъединяя рук и объятий.