Беги, детка, беги [ЛП]

Надеюсь, Мисси тебя не сожрала и не вернется назад лишь с твоими джинсами.

Мой отец пялится не на планшет, а на меня. Как обычно, он не выглядит довольным. Райли в режиме паники и постоянно звонит тебе на мобильный. А мама подпевает радио и накрывает на стол. Мне плохо, Эмилия.

— Где Мисси? — спрашивает мама.

— Меня больше интересует, где Эмилия? — вмешивается Райли. — По крайней мере, Мисси может сама о себе позаботиться.

— Она пошла гулять с Мисси, — скучающим тоном говорю я, беру клубнику и откусываю. Ты могла бы меня покормить клубникой, обмокнув ее в шоколаде, Эмилия.

— Откуда ты знаешь? — грубо спрашивает Райли.

— Она стояла перед моей дверью и не могла спать. Проклятье, я вручил ей Мисси и выгнал. Как можно будить меня так рано?

Мой отец качает головой, но ничего не говорит.

Когда ты возвращаешься, Эмилия, выглядишь, как покойница, но Мисси слушается тебя, когда ты говоришь:

— Иди к своему папочке.

Меня бросает в жар, когда ты говоришь «папочка», Эмилия. Больше всего я хотел бы сейчас лежать на своей кровати, а ты бы делала мне минет, но жизнь — это не концерт по заявкам, моя маленькая секс-рабыня с анальной пробкой.

— О, Господи, тебе не жарко, Эмилия? — На улице уже двадцать семь градусов. — На ней самой свободные белые шорты и голубой топ.

— Ну, с кондиционером здесь может быть очень холодно. — Как по требованию, ты чихаешь, Эмилия. Я смотрю на тебя. Ты заболела, Эмилия? Сейчас мне это действительно не нужно.

— Детка, где ты была? Ты не можешь всегда просто так уходить. Оставь хотя бы записку или напиши сообщение! Я слишком часто ищу тебя в последнее время! — Райли набрасывается на тебя, как только ты садишься. Он обнимает тебя, Эмилия, а ты целуешь его, Эмилия. Губами, которые еще несколько часов назад обхватывали мой член, пока ты глотала мою сперму. Почему-то я немного злорадствую.

— Мне так жаль, дорогой. Иногда моя голова идет кругом, и мне нужно просто выйти.

— Ты немного странная, Эмилия, но я все равно тебя люблю. — Вы снова целуетесь.

— Ах вы такие милые! — говорит мама. Мой отец прекрасно видит по мне, что я даже близко не нахожу это милым.

— Что? — спрашиваю я его и сердито съедаю еще одну клубнику. Он ничего не говорит, а только поднимает бровь, потом снова смотрит на свой гребаный планшет.

Твой взгляд то и дело падает на меня, Эмилия, потому что ты не можешь иначе.