Батюшка. Кулак и крест

– Кто это у нас такой храбрый здесь? А ну-ка, покажитесь, – потребовал отец Василий. – Хороши, нечего сказать. Втроем на одного – значит слабаки! Видел я трусов, но таких..

Отец Василий специально напирал со своей психологической атакой. Он старался не напугать пацанов, а пристыдить, причем надавить именно на гордость.

– Он-то, – священник кивнул на Олега, – я вижу, не боится вас, не стал убегать. Значит храбрее вас троих оказался. А ну, брысь отсюда!

Пацаны бросились врассыпную, а отец Василий обнял за плечо Олега и повел к дому.

– Чего они от тебя хотели?

– Ничего, – буркнул мальчик. – Обычное дело, когда встречают новичка или неместного.

– Они не знали, что ты сын участкового милиционера?

Олег отрицательно покачал головой.

– Ясно. Значит, самоутверждаешься. Не хотел пользоваться авторитетом отца?

– Я их не боюсь; если что, то могу и сдачи дать, – также угрюмо заявил Олег.

– Ладно-ладно, забудь об этом.

Заводилу той кампании молокососов отец Василий узнал. Это был сын предпринимателя Косачева.

– Отец Василий, – попросил Олег, – давайте папе ничего не будем говорить, а то он начнет разбираться и получится, что я нажаловался.

– Договорились.

* * *Отец Василий явился в усадьбу Косачева, когда еще не было и восьми утра. Предприниматель был уже на ногах.

– Отец Василий, в такую рань? – удивился Косачев.

– Хотел поговорить с вами, Вадим Иванович, по неотложному делу, но боялся, что позже вас уже не найду. Бизнес – ведь дело хлопотное.

– Да, конечно, – растерянно согласился Косачев. – А что случилось?

– Ваш сын Павел дома?

– Дома, спит еще, а что? – Тут предприниматель догадался, что про сына священник начал разговор неслучайно; значит, что-то мальчишка натворил.

– Я о нем и хотел поговорить с вами. Видите ли, Вадим Иванович, делом вы занимаетесь полезным. Насколько я понимаю, мясное животноводство – вещь сейчас для района очень нужная.

– Ну, как бы, конечно, – еще больше растерялся Косачев и окончательно покраснел.

– Только сына вы можете потерять. И получится, что все ваши труды пропадут зря.