Батальон, к бою!

Ничего не выйдет у нас с этим, и даже не из-за нашей русской медлительности, мы-то хоть и долго запрягаем, но зато потом быстро ездим. А тут еще и политический вопрос над всем встает. Австрия вот-вот уже объявит войну Османской империи, и ей тоже хочется откусить как можно больший кусок пирога от турецких владений на Балканах. Вот с этим самым окаянным союзничком и приходится нам сейчас считаться, принимая во внимание его интересы. А-а-а, да не бери ты это в голову, – махнул он рукой. – Давай исходить из того, что нам на этой линии еще полгода как минимум нужно будет держаться.

Через пару недель лед на реке накрепко встанет, и все наши войска придется к самому Бугу подтягивать. Чую я, эта зима будет суетной.

* * *"

"Шестнадцатого декабря под утро турки в первый раз попробовали проскочить на левый русский берег. Пара сотен их всадников в ночной тишине прошла выше того места, где Ингул впадал в Буг, и начала выходить в степь. Дозорный разъезд казаков уже только что проехал это место, удаляясь в сторону Николаевской, но, как видно, у турок заржал жеребец, и кобыла у идущего замыкающим казака фыркнула, запрядала ушами и начала коситься назад.

Донские казаки – воины справные, привыкли обращать на всякую мелочь внимание. Приписной, Андрейченко Василий, развернул свой дозор, и станичники разглядели на льду реки темные фигуры. Турки попробовали было прикинуться своими, какой-то говорливый даже начал забалтывать казаков, пока их полсотни начали заходить дозору в тыл. Но их план быстро раскусили, ударили из ружей и припустили в сторону станицы. Через полчаса поднятый по тревоге казачий Бугский полк и первая конная рота волкодавов уже прочесывали то место, где видели неприятеля. На льду нашли только пятна крови и следы османской конницы.

– Все, с этого момента река у нас проходима. До особого распоряжения объявляю усиление на всей пограничной линии, – распорядился генерал-майор Кутузов. – Караулы и разъезды удвоить. Подразделениям всегда быть готовыми к бою!

Через неделю набег турок повторился, только вот выходили они на русский берег верст на десять выше по течению реки и гораздо большими силами.

– Не менее алая идет! – доложился прибывший от дальнего северного форта гонец. – Пара сотен к валам подскочила и в круговую скакать давай, чтобы никто за помощью не ушел. А вот все остальные в это самое время в глубину степи поскакали. Но мы-то турку заранее уже углядели, они ведь и не знают пока, что наш дозор их с середины реки и до самого выхода на берег вел.