Бастарды

– Ну было бы желание, а найти можно, – проворчал клинок.

– Я же сказал, не буду.

– И все-таки, что ты хочешь найти?

– Не знаю. Просто хотелось побыть одному и немного подумать.

– О чем?

– Обо всем. Не успел появиться в городе, как тут же подрался с парнями, которых видел первый раз в жизни, затеял перевоз борделя в свои земли. Посадил под замок наместника. И все ради чего? Сам не знаю.

– Ну, подрался ты потому, что тебя оскорбили, бордель вам в замке и самим пригодится, а наместник давно уже должен был оказаться под замком, просто в городе не нашлось никого, кто оказался бы способным на такое.

– Думаешь, я поступаю правильно?

– Время покажет. Во всяком случае, мне не стыдно за твои поступки. А это главное.

– Главное для кого?

– Для меня. Для нас. Это значит, я могу быть спокоен за свою честь.

– Твою честь?! Прости, но о какой чести может идти речь, когда идет разговор о мече?

– Только не говори мне, что ты забыл все, что я тебе рассказывал о клинках и смене носителя.

– Ах вот ты о чем! Но ведь смена носителя – это решение одного клинка.

– Верно. Но у нас, у муаровых, тоже есть свой суд. Суд чести.

– И как же это выглядит?

– Когда хранители объявляют сход, весть об этом разносят по всем известным пределам. Сход бывает родовой и общий. На родовом собираются только те, кто относится к данному роду, например древковое оружие или топоры, или длинные клинки. Ну, в общем, ты понял.

– Это что же за сход такой получится, если все оружие в одном месте соберется?

– Не все, а только мы, муаровые. Такой сход, на моей памяти, собирали только один раз. Тогда была объявлена большая война. Царь одной из серединных стран решил завоевать весь мир. Тогда и объявили сход.

– И чем закончилась эта война?

– Его меч сломался, и царь был убит.

– Сломался?

– Да. Иногда нам приходится идти на крайние меры. Казнить отступника.

– М-да. Серьезно. Я только одного не понял, как вы собираетесь?"

"– Когда приходит весть, муаровые начинают подталкивать носителей на участие в турнире или в крайнем случае в войне. Там мы и собираемся. Старейшие, объявившие сход, рассказывают всем причину, и мы решаем, как должен поступить тот или иной клинок.