Бастарды

Так было в боях, когда нас вел капитан, так есть и теперь. Поймите, мастер, вы не просто человек. Вы властитель на своей земле, а мы ваши вассалы. Расул не просто завещал вам замок, он направил в столицу все надлежащие бумаги, и теперь даже сатрап не сможет отобрать их у вас. Но со смертью владельца пропадает и право на владение, если нет наследника. До тех пор, пока у вас нет сына, вы – символ. Знамя, вокруг которого сплачиваются солдаты в тяжелом бою. И, пожалуйста, перестаньте жалеть себя. Вам это не идет. Научитесь наконец быть владетелем, командиром, если хотите.

– Я знаю. Просто мне сложно командовать людьми, намного старше меня.

– Это не страшно. В гвардии командирами становятся не по возрасту, а по уму. По мастерству. По заслугам. Вы – наш командир. Мы знали это с самого начала. Отбросьте сомнения. Любой ваш приказ будет выполнен. Без оговорок и пререканий. Вам нужно только научиться правильно командовать.

– Если бы это было так просто, – вздохнул Ал-Тор.

– Научитесь, – успокоил его Топ-Гар, выходя из комнаты.

Вернувшись на кухню, он отправил одного из ветеранов в комнату к Ал-Тору с кувшином холодного шербета. Это тоже был закон гвардии. Перед боем ни капли вина. В бой нужно идти с трезвой головой. Поэтому все гвардейцы пили только холодный, кисловатый шербет. Сваренный по особому рецепту, он прекрасно утолял жажду и тонизировал.

Наконец на город опустилась вечерняя тьма, и ветераны собрались в общем зале.

Ветераны в последний раз проверили оружие и молча уселись за стол. Каждый из них знал, что может не вернуться в замок, и теперь тихо, про себя молился, облегчая душу. Что называется, так, на всякий случай.

С первым же ударом колокола Ал-Тор поднялся и сказал только одно слово:

– Пора.

Ветераны дружно встали и направились к дверям. Все роли давно уже были распределены, и опытные солдаты не нуждались в повторении.

Ветераны вскочили в седла и бесшумно исчезли в ночной темноте. Старый трактирщик быстро закрыл ворота конюшни и, вздохнув, сделал вслед уехавшим пальцами знак, отгоняющий беду.

У базарной площади группа разделилась.