Бас. Любимица Иллари

И когда мы завели разговор о «зеленых», все-таки не утерпела – высунулась из кустов. Немного подумала, шевеля длинными усами и задумчиво изучая усевшихся рядком волков. Затем снова исчезла. Зашуршала ветками. После чего вернулась на поляну и, закутавшись в отнятый у друида плащ, уселась рядом со мной.

– Вы странные, – без предупреждения выдала она и по очереди ткнула пальчиком в Роара и Рокхета. – Вот ты и ты. У вас звери какие-то неправильные.

Я хмыкнула:

– Они просто устали от ошейников, поэтому их запах стал ощутимо сильнее.

"

"– Это хорошо, – улыбнулась Лорна, наклонив голову и с неослабевающим интересом рассматривая лохматых. – Ущербный зверь – мертвый зверь. А вы двое стали живыми.

Рокхет внимательно ее оглядел и, подумав, кивнул. Тогда как Роар счел нужным добавить:

– Мы еще учимся.

– Тем более, – усмехнулась Лорна. – Это означает, что различия между нашими видами становятся не такими заметными.

– В каком смысле?

– А ты знаешь, почему мы с вами такие разные? – вместо ответа поинтересовалась дочурка.

Оборотни переглянулись, а рыжик осторожно сообщил:

– Бас рассказывала.

– Есть еще одна легенда по этому поводу, – под пристальным взглядом Лорны призналась я. – Скорее, даже дополнение к тому, о чем я рассказывала. И есть мнение, что изначально это был спор… Роттар и его супруга в шутку соревновались, кто сможет лучше обустроить мир. Солнцеликий создал воду и землю, его жена – небеса и подземелья.

Роттар, желая видеть мир красивым, принес в него свет, а Иллари научилась укрывать его тьмой. Затем Роттар создал животных и рыб. Тогда Иллари придумала человека. И, говорят, это было настолько удачным решением, что солнцеликий долго не мог ничего ей противопоставить. Сперва он долго думал, чем бы удивить прекрасную супругу. Но потом решил не создавать что-то новое, а просто улучшить то, что было. Так появились оборотни…

– После чего луноликая оскорбилась, заявив, что супруг испортил ее лучшее творение, и в отместку создала нас, – вздохнула Лорна.

 – С тех пор солнце и луна перестали встречаться на небосводе, а наши виды начали соперничать. Боги, правда, потом одумались и с годами все-таки помирились. Тогда как наша вражда за тысячи лет так никуда и не делась.

– Это всего лишь одна из трактовок, – успокоила я ощутимо напрягшихся оборотней. – И, на мой взгляд, не самая удачная.