Бас. Любимица Иллари

Ка-а-акой тут открывается замечательный вид! Оказывается, у волчонка вся грудь покрыта симпатичными рыжеватыми завитушками, и даже на спине их успело вырасти немало. Густые, забавные, в свете звезд они заманчиво поблескивали, постепенно сбегая от широкой груди вниз, к животу. И узкой дорожкой уходили от пупка прямо под воду, заставляя гадать, так ли хорош волчонок, как мне думается.

Наран выглядел еще более внушительно, чем Роар, только зарос в буквальном смысле слова до подбородка, словно вот-вот собирался обратиться.

Вообще, если уж сравнивать волков с котами, то мужчины нашей породы все больше гибкие, узкокостные и жилистые. А эти как на подбор – мускулистые, здоровенные. Двигаются неторопливо, размеренно, словно не моются, а, бездна их задери, совершают омовение в королевских купальнях! С одной стороны, смешно было наблюдать, как это происходит в мутном от поднявшегося ила озере.

Когда же лохматые поняли, что за ними наблюдают, стало еще интереснее. Они сперва озадачились, потому что ни одна волчица не позволила бы себе то, что делала я. Затем нахмурились, поняв, что мне это безумно нравится. И наконец занервничали, потому что, когда пришла пора вылезать из воды, я все так же нахально их изучала и не собиралась никуда уходить.

– Миледи, может, вы отвернетесь? – первым подал голос Наран, выжидательно на меня уставившись.

Я вместо ответа развалилась на траве и насмешливо фыркнула.

– По-видимому, это означает «нет», – перевел мои действия Рокхет. Наран после этого смешался, а на скулах рыжика снова вспыхнул предательский румянец.

Ой, не могу. Да любой кот на его месте, наоборот, приосанился бы и вышел, стараясь сделать это как можно соблазнительнее! Всего себя показал бы в надежде, что я заинтересуюсь. Обнаженное тело, что мужское, что женское, это ведь так естественно! А если оно при этом еще и красиво, то сам бог велел его демонстрировать.

На пару мгновений над озером повисла гнетущая тишина.