Бас. Любимица Иллари

Из горла волка вырывался сдавленный бульк:

– Я велел тебе одеться!

Я уже говорила, что лохматые, когда хотят, способны передвигаться очень быстро? Так вот, вожак этой ночью удивил даже меня – буквально метнувшись через поляну, он вдавил меня в ближайшее дерево и, нависнув сверху тяжелой горой, прошипел:

– Теперь услышала?!

Вместо того чтобы испуганно пискнуть и присесть, я, напротив, дразняще ему улыбнулась:

– Если и услышала, то что с того?

– Я отдал тебе приказ!

– А ты заставь меня, – прошептала я, изогнувшись в пояснице и подавшись вперед.

От мимолетного прикосновения оборотень отшатнулся, словно его ударили. Я же демонстративно запрокинула голову, открывая уязвимую шею. Изогнулась еще больше, бессовестно искушая, приглашая, почти умоляя его дать мне повод сменить ипостась. А когда укуса так и не последовало, а хватка на плечах так же внезапно ослабла, негромко рассмеялась:

– В чем дело, лохматый? Не умеешь обращаться с женщинами?

Ответом мне стал приглушенный, откровенно угрожающий рык. Впрочем, волк и сейчас не набросился – в отношении дам у лохматых существовал свой кодекс чести, который они никогда не нарушали.

– Пожалуйста, миледи. Я очень вас прошу: оденьтесь.

Я милостиво кивнула:

– Только ради тебя, мальчик. Сложно устоять, когда мужчина использует такое оружие, как вежливость.

После чего вернулась к своему спальному месту, наклонилась, умышленно проделав это так, чтобы со спины смотрелось не просто соблазнительно, а в буквальном смысле слова сногсшибательно. Затем без спешки набросила на себя рубашку. Усевшись на плащ, так же неспешно натянула белье, просторные штаны и новенькие кожаные сапожки. Наконец откинулась навзничь, забросила ногу на ногу и, сунув меж зубами сорванную травинку, сделала вид, что не замечаю сердито сопящих оборотней.

На этом, можно сказать, конфликт был исчерпан, и остаток ночи прошел спокойно. Меня больше никто не трогал, ультиматумов не выдвигал. А поутру оборотни в полнейшем молчании свернули лагерь, навьючили отдохнувших за ночь лошадей и так же молча запрыгнули в седла.