Башня - два

То ты борешься с разобщенностью людей, даже с креста верещишь, что все люди — братья, а теперь вдруг кидаешься под асфальтоукладчик спасать этот сорняк в пустыне! Да по мне, пусть их всех перебьют, дикарей поганых, раз не ходят цивилизоваться! Я вот и то костюмы научился носить… Поверишь ли, сам галстук завязываю!

Олег пожал плечами:

— Я покупаю уже завязанные. Или на резиночке. Нельзя быть дельным человеком и думать о красе ногтей. Мрак, все сложнее… Проблем много, но скажу только одну, самую простую: рано сосредоточивать всю власть над планетой в руках одной группы, одного правительства! На самом деле это вовсе отдать всю власть в руки одного-единственного человека.

А я не знаю на свете человека, правильного во всем. И вообще не верю, что такой возможен.

Мрак посерьезнел. Долго молчал, наконец спросил уже другим тоном:

— Наша цель?

— Мне нужен Кропоткин, — ответил Олег. — Вовсе не потому, что он руководит истреблением этого бедного независимого народа… даже племени, если точнее.

Увы, Яфет допустил его до самых главных рычагов! И теперь этот фанатик обрушил всю мощь нашей Организации на ускорение интеграции. Даже вот такими методами!

— Договаривай, — буркнул Мрак. — Так как только ты один загораживаешь дорогу, то сейчас вся мощь обрушена на тебя?.. Живучий ты!

— Боюсь, это ненадолго, — ответил Олег мрачно. — Сейчас ночь… При свете звезд трудновато следить со спутников даже с их продвинутой оптикой. Но даже сейчас с шести спутников перехватываются все телефонные разговоры, где есть кодовое слово или где тембр голоса похож на мой! Читаются все факсы, по Интернету просматриваются монбланы информации… Еще год-два, и вот так с небес будут подслушивать даже разговоры шепотом!

Мрак невольно взглянул вверх.

Острый взгляд сразу поймал пару звездочек, что за время разговора уже изменили свою положение на небе, а еще три вовсе ушли за горизонт. Даже безобидные спутники телекомпаний могут выполнять засекреченные шпионские задания…

Его суровое лицо помрачнело.

Кожа натянулась на скулах, нижняя челюсть резче обрисовалась в слабом лунном свете. Лунные искорки сверкали на кончиках темных волос.

— Здесь не первый раз будет огонь и кровь, — ска-ал он тихо. — Я узнаю эти горы!.. Вон те две, что прижились как сестры… У подножия был красивый город. Где он сейчас? Под толщей песков? Теперь он кажется мне самым красивым на свете. Как сейчас сказали бы: в гармонии с природой.