Башня - два

Елена рванулась к дверям комнаты, Юлия едва удержала ее за руку. Елена напряженно прислушивалась: если бы пес спрыгнул на пол, то лапы у него мягкие, а это словно бы упал без памяти всем телом…

— Закройте дверь, — настойчиво сказал Олег. Добавил: — На вашем месте я бы поставил хотя бы цепочку.

Глава 32

Солнце жгло голову, от перегретых стен шли волны горячего воздуха. Асфальт прогибался под тяжелыми шагами. В черепе шум стал громче, в виски больно кольнуло. Олег похолодел, за последнюю неделю научился угадывать приближение приступов.

— Юля, — сказал негромко, — похоже, меня сейчас тряхнет…

Она ухватила его с неожиданной силой, мигом утащила к ближайшей скамейке. Олег рухнул, едва ее не развалив, лицо уже побелело, посинело, пошло багровыми пятнами, а затем под кожей вздулись и начали передвигаться упругие валики. Юлия обхватила обеими руками за пояс, не давала сползти на землю.

Редкие прохожие опасливо и брезгливо обходили припадочного. Юлия ловила на себе жалеющие участливые взгляды. Либо девка из провинции, где еще знают жалость, либо мужик богатый, не зря прилепилась…

По его телу прокатывались волны жара.

Челюсти Олега были стиснуты с такой силой, что попади между зубами стальной болт, перекусил бы как соломинку. На губах показалась пена.

Юлия сказала прохожим сердито:

— Проходите!.

Старушка быстро миновала по широкой дуге, а пара дородных супругов остановилась в сторонке, мужчина предложил:

— Может, вызвать скорую? У меня сотовый.

Женщина с гордостью посмотрела на Юлию, затем с любовью и почтением на мужа, обладателя сотового телефона.

— Я сама медсестра, — ответила Юлия. — Уходите! Его травмирует повышенное внимание.

Они поспешно удалились. Олег очнулся минут через пять, дико огляделся:

— Я ничего не натворил?

— Нет, — ответила Юлия.

— Посидим чуток, — попросил он виновато. — Я такой слабый, что, если лавка под нами проломится, уже не встану.

Она смерила его долгим взглядом. Он сидел исхудавший, бледный до синевы, как бывало у забитых перед самым падежом колхозных кур, только губы шевелились да кончики пальцев вздрагивали, будто переговаривались через все тело.