Башня - два

Крохотные вкрапления религиозных сект, вроде мормонов или старообрядцев, что могли бы внести лепту духовности… не успели, быстро растворившись, как куски сахара в горячей воде. И этот образ жизни побеждает…

— Значит…

— Ничего это не значит, — ответил Ганзард грустно. — Они служат брюху, но это такой мощный стимул!.. Они тратят на косметику столько денег, что на космос остаются капли, но этих капель больше, чем выделяют другие страны из тощего кошелька. Эти сволочи в погоне за наживой скорее построят космические корабли и города на других планетах, чем, скажем, арабы или русские в погоне за знаниями.

А человечеству крайне нужны эти станции, ибо лишь немногие из людей знают о страшной угрозе от комет, катаклизмов, истощения, перегрева… Нам бы только запустить космические корабли, построить города на других планетах! А там можно развивать культуры и повыше классом…

Олег побледнел:

— Я так надеялся на твой голос… Ты против?

— Прости, Олег.

Он сидел, уронив голову прямо на клавиатуру.

По экрану бежала строка из одной-единственной буквы. Юлия погладила по рыжей голове, волосы под кончиками пальцев топорщились, как медная проволока.

— Мерзавец, — сказала она с чувством.

Он спросил тупо, не поднимая головы:

— Почему?

— Он в чем-то отказался тебе помочь? — спросила она. — Значит, мерзавец. Все, кто против, гады! Убивать их, без замены штрафом. Этот твой Ганзард… у него на роже написано, что гад последний. А то и распоследний!

— Хорошо бы, — ответил он тоскливо.

— Что хорошего?

— Чтоб оказался гадом… Это было б здорово: я на стороне Добра и справедливости, а на той стороне баррикады — одни гады проклятые, идиоты, бездари, свинтусы, мерзавцы. Увы… я уже говорил, если бы правда была только на одной стороне, то никакие войны не велись бы так долго. А то и вовсе не начинались бы… Так и здесь. Мы все, я говорю об Организации, работаем наперегонки со временем. Человечество на Земле под угрозой. Нет, не от ядерных войн, как думает простой человечек… Впрочем, я уже говорил.

Прости, в голове будто кости долбят в три смены.

— У тебя хотя бы аспирин есть?

— К черту аспирин. Меня больше донимают озоновая дыра… или истончения атмосферы! Вот эту боль никаким аспирином… Земля постепенно лишается атмосферы и однажды станет похожей на Луну. Или сначала — на Марс. А столкновение с большой кометой? Пока что такие столкновения лишь вели к переворотам, что шли роду людскому на пользу.