Баронесса. Эхо забытой цивилизации

— Вы хотите сами объясняться с Орденом? — язвительно ответила Тали, и Кайрос почувствовал лёгкий прилив возбуждения. Ему нравилось, когда она была дерзкой с ним. Это отличало её от всех остальных.

И уж точно это было лучше того страха, который он впервые увидел вчера.

— Ты права, с Орденом шутить не стоит, — он ласково улыбнулся. — Тем более, к вечеру ты всё равно вернёшься.

***

— Я обещаю, что привезу тебя в столицу, я уверен, рано или поздно я займу место лорда Тугрима. Я буду заботиться о тебе, уважать тебя, относиться к тебе так, как положено относиться к баронессе.

Она его жена. Его.

— А взамен вы хотите сказать, что всё наше производство — общее? Что эти земли мы поднимали вместе? — Она засмеялась, и её чуть хрипловатый смех никак не вязался с юным обликом. Но очень ей шел.

Он только что изложил ей все свои планы, пообещав измениться.

— Мы семья, Тали…

Произнеся это, Кайрос вытащил из внутреннего кармана своего камзола маленькую коробочку и открыл ее — внутри находился золотой браслет с камнями рода д'Арлейн.

Браслет задумывался подарком к этой поездке, но одновременно Кайрос хотел, чтобы Талира наконец-то начала постоянно носить хотя бы одно украшение, говорящее всем вокруг, что она замужем.

И за кем она замужем.

— Семья… — она ядовито рассмеялась.

— Да, семья. Ты моя, я твой муж и господин.

— Перестаньте так меня называть! Вы совсем не думали о том, что мы семья, когда создали для меня невыносимые условия в поместье. Или когда ваша любовница прилюдно унижала меня перед всеми. Когда вы сказали мне заткнуться и извиниться перед ней. При ваших друзьях, при высшем свете, при всех наших соседях.

В её голосе не было обиды, только злость. Словно Тали уже сделала выводы о Кайросе и больше не собиралась их менять. Казалось, сокращённое имя, которым он её называл, раздражало её куда больше, чем то, что произошло тогда.

Коробочку с браслетом она приняла и поставила на тумбочку рядом с ними, даже не взглянув второй раз.

— Этого больше не повторится, — решительно ответил барон, понимая, насколько унизительной для неё была та ситуация. — Я просто хотел остановить разрастающийся конфликт. Мисс Муради начала плакать, и я подумал, что, если бы ты извинилась, всё бы быстро утихло. Я в это верил.