Баронесса. Эхо забытой цивилизации

Какой позор! — Фирруза д'Арлейн схватилась за сердце, вызвав несколько сочувственных вздохов, а кто-то из представителей Ордена даже подставил ей руку.

Она вновь назвала меня сокращённым именем и напомнила о «проступке», за который я уже понесла наказание — буквально своей кровью. Мой шокированный взгляд не смутил её, свекровь лишь махала своей рукой перед лицом, словно ей было жарко, демонстрируя степень своего истощения и расстройства.

Лорд Тиу молчал, хотя явно чувствовал себя немного не в своей тарелке.

— Брат Зоринак! — обратилась я к знакомому представителю Ордена, всегда встречавшему меня в храме Арлайна.

Надеюсь, я не переиграла с ролью оскорбленной жертвы. Впрочем, многое в моих словах было правдой. Не потому что я была так предана Первородной Велирии — будь моя воля, я бы гуляла по проклятым землям каждый день, — но я была сосредоточена на том, чтобы у меня и моих людей был безопасный дом.

А орден во многом гарантировал эту безопасность.

— Что ещё можно ожидать от бастарда, — Фирруза д'Арлейн показательно вздохнула, драматично и жалобно. — Само их рождение противоречит воле Велирии. А я ведь старалась принять тебя в семью, Тали, а ты нам платишь таким образом! Но ничего, Орден разберётся.

Конечно, разберётся.

Вот только сказанного Фиррузой д'Арлейн было недостаточно.

— Это неправда. Вы всегда меня ненавидели и оскорбляете даже сейчас, хотя я не менее пяти раз сказала, что у вас нет права называть меня этим именем. Все это слышали. Брат Зоринак, как я могу доказать Ордену свою преданность? Я не делала того, в чём меня обвиняют!

— Мы обязаны осмотреть дом и ваши покои, это очень серьёзное обвинение, миледи д'Арлейн, — мужчина, который обычно встречал меня чуть ли не с объятиями, сейчас был холоден, отстранён.

Меня готовились увести: рядом со мной стояли двое рослых храмовников, не давая сделать и шага. Фирруза д'Арлейн только этого и ждала — ведь тогда земли временно перейдут под управление Кайроса, моего ближайшего родственника, пока будет решаться моя судьба. И кто знает, может, в Обители на Скорбном Хребте я буду настолько измучена, что подпишу всё что угодно, лишь бы выбраться.