Барон из МЧС

На Чаха возложена мирозданием важная миссия — возродить народ наумбов и дать ему новый смысл жизни, отбросив в сторону старые догмы.

Тут же возникла иная проблема. Чах возомнил себя мессией и мысленно залез на божественный Олимп. Не один залез, а вместе со мной. Будь у меня поменьше жизненного опыта, то точно бы в дурку упекли с манией величия. Но я справился. Правда, каких внутренних усилий подобное мне это стоило! Короче, скучать с подрастающим поколением не приходится ни днём ни ночью. Дай бог терпения заложить в Чаха правильные мысли и стиль поведения до того, как он сможет покинуть моё тело.

Лафа с отменой взысканий от инструкторов закончилась как-то слишком быстро. Я только-только привык к хорошему, как тут же последовал шикарный облом. Сегодня на пять секунд опоздал на построение. Всю ночь снилось, что я великим наумбом по имени Данила лечу над землёй, гордо расправив крылья и впитывая в себя магию прямо из воздуха. Красивые сны у нас с Чахом на двоих, поэтому просыпаться очень сложно.

— Опаньки! — довольно потирая ладони, произнёс прапор.

— Думаю, что индивидуальный кросс в полной боевой выкладке — самое то для выражения нашего счастья, — тем же ехидным тоном ответила Якутова. — Но для начала сто двадцать отжиманий, чтобы мышцы как следует разогрел. Это раз!

— А что будет «два»? — обречённо приняв упор лёжа, поинтересовался я.

— Мы тебе обещали, что неделю будешь жить без наказаний, но не обещали, что за свои залёты не ответишь.

— И я составил, — сообщил гад Станов.

— Вот и делай добро людям, — не переставая отжиматься, тихо произнёс я в пол.

— А тебя никто не просил. Сам вызвался коэффициенты увеличить.

— Инициатива наказуема?

— Нет, конечно,- пояснил он. — Но риск с ней вляпаться есть всегда. Кстати, за разговорчики во время выполнения упражнений накидываю ещё двадцать отжиманий.

Благоразумно промолчал. С них станется ещё до кросса привести мою несчастную тушку в состояние полного нестояния. Проходили. Знаем.

Но до конца весь ужас сегодняшнего дня прочувствовать не успел. Внезапно у Якутовой ожило переговорное устройство. С кем-то побеседовав, она сделала встревоженное лицо и приказала.

— Всё отставить! Быстро в душ! И напяливаем парадную форму!

— Что случилось? — поинтересовался Станов.

— Случился Ростоцкий.