Бархатная клятва

— Она носит ребенка того мерзавца, — спустя некоторое время произнес он.

— Ребенка Демари? — переспросил Стивен и присвистнул, когда Гевин кивнул. — И что ты с ней сделаешь?

Гевин опустился в кресло.

— Не знаю, — тихо ответил он. — Рейн говорит, что я не успокоил ее, но как я мог? Она убила своего любовника.

— А ее кто-нибудь заставлял? Голова Гевина поникла.

— Не думаю. Она могла бы этого не делать. В замке она имела полную свободу. Один раз она пришла ко мне, когда я сидел в яме, потом еще раз, когда меня перевели в подвал башни.

— Это правильно, но не думаешь ли ты, что ее действия свидетельствуют о том, что она просто желала помочь тебе?

Глаза Гевина блеснули.

— Я не знаю, чего она желала. Мне кажется, она принимает сторону того, в чьей власти находится. Когда она пришла ко мне, то сказала, что сделала все это только ради меня. Когда же она была рядом с Демари, то всем своим видом показывала, что принадлежит лишь ему.

Стивен провел большим пальцем по лезвию, проверяя, как оно заточено.

— Рейн очень высокого мнения о ней, да и Майлс тоже.

Гевин фыркнул.

— Майлс слишком молод, чтобы понять, что у женщины есть еще кое-что, кроме тела. А Рейн стал защищать ее с самого начала.

— Ты можешь объявить о том, что ребенок зачат от другого, и разделаться с ней.

— Нет! — с горячностью вскричал Гевин и отвел взгляд.

— Стивен рассмеялся.

— Тебя все еще тянет к ней? Она красива, но есть другие женщины, не менее красивые.

Стивен был единственным, кому Гевин рассказал об Элис.

— Она не так давно вышла замуж за Эдмунда Чатворта.

— За Эдмунда! За этот кусок дерьма! А ты не делал ей предложение? — Ответом послужило молчание Гевина. — Женщины не стоят того, чтобы переживать из-за них, — заявил Стивен, вкладывая нож в ножны. — Бери свою жену да спи с ней и не позволяй ей думать о чем-либо другом. — Посчитав тему исчерпанной, он поднялся.

Гевин остался один в палатке, быстро погружавшейся в ночной сумрак. «Разделаться с ней», — подумал он. Он вправе сделать это, раз она носит чужого ребенка. Но он не мог представить, что больше никогда не увидит ее.

— Гевин, — прервал его размышления Рейн, — Джудит вернулась? Я сказал ей, чтобы она не оставалась в лесу после заката.

Гевин встал, челюсти его были плотно сжаты.