Бархатная клятва

Джон Бассетт не знал, что еще тогда Гевин начал делать подкоп под стены, так как тот никому не раскрывал свой план. Потом Гевина захватили в плен, а Джон вернулся в замок Монтгомери, но рыцари продолжали рыть. Они работали много дней, прерываясь лишь на короткий отдых и сон. По мере углубления туннеля его стенки укреплялись бревнами. Наконец люди Гевина вышли на противоположную сторону стены, и тогда прямо в туннеле разожгли костер. Когда деревянные опоры сгорели, часть стены рухнула с ужасающим грохотом.

Царившая в лагере суматоха позволила Джудит немного побыть одной.

В лесу, окружавшем поляну, текла речушка. Джудит прошла между деревьями и вскоре обнаружила уединенный уголок, где могла бы спрятаться, не теряя при этом из виду саму реку и слушая шум воды.

Она и не предполагала, в каком напряжении находилась в течение последней недели. Постоянная необходимость потворствовать ухаживаниям Уолтера и лгать сильно подействовала на нее. Ей было приятно вновь ощутить покой и умиротворение. В эти короткие мгновения ей не хотелось думать о муже и о возникшем ворохе проблем.

— Ты тоже ищешь уединения, — раздался спокойный голос. Джудит не слышала ничьих шагов. Подняв голову, она увидела улыбавшегося Рейна. — Если хочешь, я уйду. У меня нет желания мешать тебе.

— Ты не мешаешь. Посиди со мной. Мне просто нужно было немного побыть вдали от людей и шума.

Он сел рядом с ней, вытянув ноги и облокотившись на валун.

— Я надеялся, что в следующий мой приезд ваши с Гевином отношения будут значительно лучше, но все оказалось по-другому, — начал он без всяких предисловий.

 — Почему ты убила Демари?"

"— Потому что не было иного выхода, — опустив голову, ответила Джудит. Когда она вновь взглянула на деверя, глаза ее были полны слез. — Так ужасно отбирать чью-то жизнь.

Рейн пожал плечами.

— Иногда это необходимо. А Гевин? Разве он этого тебе не объяснил? Разве он не попытался успокоить тебя?

— Он и двух слов не сказал мне, — резко произнесла Джудит. — Давай поговорим о чем-нибудь другом. Как твоя нога?

Не успел Рейн ответить, как у реки послышался звонкий женский смех, и они повернулись на этот звук.

Элен и Джон Бассетт прогуливались у самой кромки воды. Джудит собралась было окликнуть мать, но Рейн остановил ее. Он подумал, что не нужно беспокоить влюбленных.

— Джон, — сказала Элен, поднимая на него полный любви взгляд, — мне кажется, я не вынесу этого.

Джон ласковым движением отвел локон с ее щеки. Элен была похожа на сияющую от счастья юную девушку.

— Мы должны.