Барон диктует правила (СИ)

Этот Ястребов ломал саму его картину мира!

— Лаврентьев, а скажи-ка мне, как эти термиты вообще оказались в твоём кармане? — Истомин подозрительно прищурился. — Может, ты заодно с Ястребовым?!

— Ваше Сиятельство, да как можно?! — Лаврентьев всплеснул руками. — Я никогда вас не предам! Должно быть, Ястребов подбросил мне их в телецентре…

Лаврентьев продолжал оправдываться. Но Истомин его уже не слушал.

Все нужные выводы были уже сделаны.

— Ступай! — велел он.

Лаврентьев тут же покинул комнату.

Граф потянулся к артефакту вызова.

Спустя пару секунд на пороге появился начальник его гвардии.

Он давно служил Роду Истоминых и успел отлично себя зарекомендовать. Да и в сражении против этих тварей он проявил себя как умелый воин.

Истомин никому не доверял. Но этот человек был достаточно надёжным, чтобы выполнять самые деликатные поручения.

— Я считаю, что Лаврентьев — предатель. Он работает на Ястребова. Я хочу, чтобы ты его убил.

— Но, Ваше Сиятельство… — Начальник гвардии пытался спорить.

— Служил, пока не предал! — Граф снова завизжал. — Я сказал убить! Значит, убей и не задавай вопросов!

Начальник гвардии молча кивнул. Он был связан Клятвой и не мог ослушаться.

Отдав приказ, Истомин немного успокоился.

— Как идёт укрепление дома?

— По вашему приказу заказаны самые сильные артефакты. Ещё сильнее тех, что были раньше. Броня тоже проходит последние испытания. Также продолжается набор новых членов гвардии.

— Отлично! — Истомин довольно кивнул. Тут он вспомнил кое-что, о чём давно уже успел забыть. — Кстати, а где мой сын? Мальчишку давно не видно!

С сыном у Истомина-старшего были сложные отношения.

Отцовских чувств пацан у него не вызывал. Но это было нормально. Тёплых чувств у него не вызывал вообще никто!

В последнее время судьба мальчишки практически перестала его интересовать.

Когда обострилась ситуация с Ястребовым, глава Рода велел сыну сидеть дома и никуда не выходить.

Пацан послушался, но выдержал всего пару дней.

В отличие от параноика-отца ему хотелось активной жизни, тусовок и приключений.

Возражать старший Истомин не стал. Дал сыну свободу и запретил возвращаться домой.

Объяснил он это просто — если пацан будет сновать туда-сюда, то Ястребов может использовать его в своих целях.

А так он мог жить своей жизнью, не угрожая безопасности отца.