Бард 2

Увидев его, я ощутил острейшее дежавю. Потемневшие рельсы и шпалы уходили в непроглядную тьму. Мы находились в натуральном метро! Не хватало только контактного рельса.

Куда я попал? Может, я и не уходил никуда, а переместился во времени, и это земля будущего? После апокалипсиса… так себе у нас будущее в таком случае… Человечество все же угробило наш уютный шарик из-за вечной гонки за богатством.

«Успокойтесь, хозяин, ваше волнение передается остальным», — спокойный мысленный голосок Уны слегка охладил мое мозговыносительство.

Просто оставлю себе заметку на будущее потолковать с кем-то разбирающимся в истории — должен ведь кто-то рассказать мне о предтечах и их местонахождении. Слишком много совпадений. Вдруг предтечи устроили ядерную войну, после чего осталась вся эта техника и бесчисленные мутанты. А что? Вполне логичная версия. Но сейчас фея была права. Надо брать себя в руки.

Приняв бравый, лихой и слегка придурковатый вид, я указал в сторону видимой только мне светящейся змейки и смело повел отряд вперед.

На всякий случай я вернул Лиру в левую руку, а в правую вместо дробовка поместил заряженный пистолет.

В этот раз идти пришлось недолго, впереди забрезжил неверный свет. Мы вышли на длинную платформу, на которой раскинулся полноценный палаточный лагерь. Сводчатые потолки, каменные колонны… Я уверен — это станция метро. Правда, стены покрывал толстый слой копоти, так что прочитать или увидеть что-то на них не представлялось возможным. Тем не менее меня не покидало чувство дежавю… Словно я был на этой станции раньшем.

На платформе кипела жизнь. Люди жгли костры в железных бочках и готовили еду на решетках в закопченных казанах или прямо на шампурах. Не брезговали ни крысами, ни странного вида грибочками, ни плесневелым хлебом. Жили они в хаотично разбросанных серых палатках разных размеров…

На нас сразу уставились десятки настороженных агрессивных взоров. Пришлось быстренько тушить Лиру, убирать ее в инвентарь и, напустив на себя максимально независимый вид, взойти на платформу.

Собравшийся здесь люд нельзя было назвать иначе, чем отребьем. Почти все носили класс разбойников или были бесклассовыми из-за низких уровней, никого выше 25-ого. Одежда — не что иное, как лохмотья. Вместо обуви — грязные повязки на почерневших ногах. Да и профессии те еще — карманник, вор, попрошайка, нищий, шулер. Путаны группировались отдельно в нескольких шатрах на другом краю, огороженном ржавой проволокой.