Бард 2

— Есть несколько моментов, которые заставили меня говорить об этом, но они личные, касающиеся семьи Бутурлиных!

— Если это причина ваша стычка, — улыбнувшись, Воронов кивнул на расплывшийся синяк на подбородке у его гостя, — то…

— Нет, есть куда более серьезные основания для убийства, но, повторяю, я не могу их открыть.

— Так вызовите его на дуэль? — предложил Воронов.

— Я не хочу пачкать свое имя… скажут, что я просто избавился от уже поверженного врага после официального окончания войны! — поспешно ответил Всеслав, ничуть не обманув своего собеседника.

— Значит, вы хотите избавиться от Морозова? — задумчиво посмотрел на него Воронов. — Навсегда?

— Да, и чем раньше мы это сделаем, тем лучше! И вам лучше не медлить! — горячо заявил Всеслав.

— Не торопитесь, князь, — позволил себе саркастически улыбнуться его собеседник, — я не подчиняюсь вам. Мой хозяин — ваш отец, а не вы. Так что будьте любезны не разговаривать со мной подобным тоном!

В голосе Воронова звякнули металлические нотки, и юный Бутурлин невольно вздрогнул.

— Я и не думал выказывать неуважения, — поспешил заверить он.

— Просто помните об этом, — хмыкнул Воронов. — Насчет вашего задания ничего обещать не могу. Если подвернется случай, то я все организую… молчите, князь, — остановил он пытавшегося возмутиться Всеслава.

— Нам нужно сделать все незаметно. Никому не нужны сплетни, что в охраняемом нашим родом караване произошла внезапная смерть, тем более отпрыска Морозовых. Война официально закончена. Будет проведено расследование имперской канцелярии.

Негоже бросать тень на славное имя Бутурлиных. Не должно быть никаких сомнений. Время у нас есть. Я уверен, что еще выпадет удачный момент для того, чтобы отправить Морозова к праотцам. Еще ни одно подобное путешествие не обходилось без нападения монстров. А во время боя может произойти что угодно! И предупреждаю, я свяжусь с вашим отцом…"

"— Связывайтесь на здоровье! И не забудьте передать, что тут страдает честь Ирины… Я надеюсь на вас, Сергей Иванович, — кивнул младший Бутурлин и, встретившись с взглядом своего собеседника, вдруг понял, что ему пора уходить.

Покидал эту палатку юноша с чувством глубокого удовлетворения. А ее хозяин, дождавшись, пока гость покинет его личное пространство, негромко произнес.

— Выходи…

Перед ним из темного угла палатки вышел незамеченный Всеславом смуглый человек с восточными чертами лица.

— Слышал, Маруф? — спросил его Воронов.

— Да, господин, — кивнул тот.