Танк Таранович, или Влюблен на всю голову

А так как ваша дочь была ко мне не слишком благосклонна, я начал немного маньячить и прикупил домик рядом с Василисой, чтобы быть всегда рядом. Так контакт проще налаживать, — ну, спасибо, что все не рассказал.

— Вы знаете, у нас уже был один сталкер, который никак не мог оставить мою дочь в покое. Нам хватило.

— Сталкер?

— Да, бывший муж Василисы.

Только я хочу запротестовать, чтобы мама замолчала, как Соболев жестом руки показывает мне заткнуться. Спасибо, могла спалиться.

— Можете не переживать на мой счет, — спокойно произнес Петя.

— Простите, это что значит?

— Хороший, добрый, великолепный Петя. А что это мы все обо мне, да обо мне? Давайте о вас, Екатерина Михайловна.

Браво. Соболев ловко перевел тему на мамину скромную персону, а сам так и косится на меня. В моем состоянии есть только один плюс: из-за того, что голова работает плохо, я не сильно задумываюсь о последствиях. Сейчас мне просто очень хочется спать. Стыд снова накроет позже.

— Не переживайте, к бабуле на день рождения Василиса придет.

Киваю как болванчик, смотря на то, как мама встает из-за стола. А вот дальше, когда Соболев принимается провожать маму, сон как рукой сняло. Нельзя! Просто нельзя оставлять их наедине! Хватаю его за руку, как только он пропускает маму вперед.

— Не иди с ней.

— До тех пор, пока я не съем чеснок, тебе, лапонька, лучше помолчать. Иди сядь лучше.

— Не иди, — почти умоляюще произношу я.

— С тещами надо дружить, зая. Или хотя бы делать вид, что ты не желаешь видеть ее на кладбище.

Ну, было бы странно, если бы Петя вдруг меня послушался, равно как и я. Вместо того, чтобы примостить свою пятую точку, я подошла к окну и стала наблюдать за тем, как мама и Соболев о чем-то говорят. И тут во мне словно что-то оборвалось от осознания того, что мама по-любому говорит что-то нехорошее.

Дошла до ванной, стянула маску с лица и ополоснула лицо холодной водой. Лицо, как ни странно, выглядит вполне сносно. Снова вернулась к окну и продолжила наблюдать за мамой и Соболевым.

Прислонилась головой к прохладному окну и стало немного легче. Так бы и стояла, если бы не Петина собака, лижущая мне ногу. Села на лестницу и стала наглаживать ластящуюся ко мне собаку. Пес огромный, но несмотря на габариты, выглядит очень добрым. С таким очень уютно засыпать. На него даже можно положить голову, и он заснет с тобой. И только лишь тявкающий Тоша, видимо, приревновавший меня, не даст мне заснуть.