Бальмануг. (Не) Любовница 2

Девушку ждали все ее бизнес-начинания в этом мирe, на ее новой родине.

Ах да, и ещё предстоял серьезный разговор с Ларками.

ГЛАВА 2

Шитеры, что приехали за Бальмануг, ничего не спрашивали в дороге. Хотя были как-то насторожены больше обычного.

В гостинице Хелен сразу направилась в кабинет Шана, где ее уже ждали.

Поприветствовала всех и, пока все рассаживались, девушка отметила насколько тревожное ожидание повисло в комнате.

– Что скажешь о визитере из Управления безопасности? – наконец-то спросил Барион Норби, который сегодня тоже был здесь.

Он к ней несправедлив. Ларкам она тогда сразу отчиталась о визите безопасника, выдав инструкции, в чем их показания должны совпадать. И в который раз отказалась уезжать из академии.

– Не хотела доверять такие разговоры третьим лицам или почтовым артефактам, вдруг их прослушивают, - ответила Χелен.

Присутствующие недоуменно переглянулись.

– В целом у меня сегодня... есть и плохие, и хорошие новости. С какой начать? – спросила девушка.

– Давай сразу с плохой, – решил за всех рыжий Джоган Норби.

Хелен стиснула ладони, лежащие на коленях, но перед смертью не надышишься, поэтому отвечать стала сразу.

– Дознаватель из Управления рассказал кое-что о моих родителях. То, что я сама не знала раньше. Правда, я не уверена, что этому нужно безоговорочно верить. Лучше, конечно, самим проверить и, уважаемый даро Барион, если вы сможете...

– Что с твоими родителями? - спросил Шан, перебивая ее волнительную речь. – Это из-за того лишения титула?

Хелен кивнула.

– Дознаватель сказал, что отца судили за шпионаж в пользу другой страны. Причем он считает, что и моя мать тоже в этом была замешана.

Тишина повисла в комнате. Кто-то из шитеров переглянулись.

– В пользу какой именно страны? - вкрадчиво уточнил иред Барион.

– Я не знаю, - вздохнула девушка, не поднимая глаз.

Предателей неважно каких стран и какой расы презирали все.

– Но я не верю в этот приговор! – поспешила добавить она.

– Кто? - коротко спросил Шан.

Шитеры такие сдержанные и есть, лишние разговоры и сантименты не разводят.

– Я не знаю! – воскликнула Хелен, чуть не всплескивая руками. - Я ничего не знала о делах родителėй, даже о том суде.