Бальмануг. (Не) Любовница 2

Словно руки были в сговоре с ногами, и в обход мозга хозяйки конечности сами что-то делали. Носок теплого полуботинка Хелен со всей силы врезался в начищенное голенище сапога сидящего рядом Лернавая.

Но достаточно ли боли причинил?"

"Хотя нет, ""достаточно"" для Лернавая – это персональный котел в стране ракасов. И режим медленной–медленной прожарки. Желательно с грилем!

– Вы! Ракасово отродье! – рявкнула на даже не шелохнувшегося мужика Хелен, внутри которой чуть взрыв не произошел, но холодящие браслеты на запястьях словно в себя втягивали все излишки.

На этом моменте бровь Лернавая дернулась. Молчащий до поры Кагматт-старший поддакнул:

– Да, Раймонд, звучит как-то не очень...

Кому именно он поддакивал, Хелен не поняла, и ей было плевать. Если бы не браслеты на руках, она это ракасово Управление уже разнесла бы нанами по кирпичику!

– Бальмануг! – попытался осадить ее Лернавай. – Я же не заставляю тебя в его койку ложиться.

Χелен опять пнула ногой, но на этот раз мужик успел в последний момент убрать свою ногу, а коленку девушки перехватил широкой ладонью и застопорил движение. Наклонился ещё ближе, процедил холодно, без тени шуточек в голосе:

– Просто отвлекай его на себя, Бальмануг. Мне плевать как. Хочешь – танцуй, хочешь – своими нанами руки ему хоть каждую неделю обжигай, только не до смерти или увечий, хочешь... Хотя нет, видимо, не хочешь.

– Как я его понимаю! – вырвалось у Хелен. - Мне теперь тоже хочется уехать!

– Даже не думай, Бальмануг! – предупредил ее Лернавай. – Или ты знаешь, кто будет отвечать за твои проступки. Друзей у тебя теперь много, всем достанется.

Девушка рвано выдохнула, глядя на настолько ужасного мужика, что говорил ей все эти гадости совершенно спокойно и буднично.

– Ты меня поняла. - Опять подвел итог Лернавай, даже не интересуясь, что именно поняла девушка.

– И не подумаю!

Да через два месяца, даже полтора oна уже будет совершеннолетней! И полностью свободной... Ох, нет, не полностью. В этом ракасовом мире женщина, увы, несамостоятельный человек.

Лернавай пpотяжно вздохнул.

– Бальмануг, не заставляй меня напоминать тебе, что ты утаила от государства смерть своей матери. Не абы кого, а эйры...