Бабулька на горошине

– С ума сойти! Чайник с музыкой, – оторопел я. – Нам такой не подходит. Да и репертуар у него, прямо скажем, специфический. Боря, я съезжу на квартиру к Вадиму, посмотрю, что там да как, потом вернусь и схожу в торговый центр.

– Иван Павлович, у меня будет свободное время, я сам решу проблему, – не согласился Кузнецов.

Мне стало понятно, что Боря считает меня никчемным существом, не способным даже чайник купить. Небось он горько сожалеет, что не сам помчался в магазин, а пошел на поводу у меня, позволил мне самому выбрать прибор.

– Коробка от чуда техники цела? – поинтересовался я.

Боря решил поспорить:

– Зачем вам время и нервы тратить?

Ну уж нет, надо сломать уверенность помощника в моем бытовом идиотизме. Хотя один раз мне поставили такой диагноз.

Уж не помню, в каком классе я учился, когда в нашем почтовом ящике оказалась повестка. Ученику то ли девятого, то ли восьмого класса Подушкину надлежало встать на учет в военкомате. Я отправился по указанному адресу, где мне дали анкету.

"По всем кабинетам я прошел беспрепятственно. Но в последнем сидела бабуля, у которой на голове было сооружение, смахивающее на любимую мною плетеную булку.

– Что ты больше всего любишь?

– Читать, – ответил я.

– Я имею в виду из еды, – уточнила врач, – ну, например, макароны или картофель.

Я задумался и в конце концов заявил:

– И то, и другое.

– Ладно, – кивнула бабулька. – Чем лапша отличается от вермишели?

– Ничем, – удивился я.

– А собака от кошки? – продолжала врач.

– Собака – это собака, а кошка – это кошка, – ответил я, – вот в этом разница.