Бабулька на горошине

– Иди сюда, дорогая! Обнимемся.

Демьянка осторожно приблизилась к гостю, уткнулась мордой в его руку, потом фыркнула несколько раз и удрала.

– Похоже, я опять купил удушающий все живое одеколон после бритья, – засмеялся Гога. – Жена говорит, что у меня талант выбирать парфюм, который действует как отравляющий газ. Ваня, вроде у тебя тоже нос зачесался.

– Нет, – сдавленным голосом солгал я и чихнул.

Гога рассмеялся.

– Простите, люди добрые, не убивайте. У меня с нюхом беда. Плохо запахи ощущаю.

– Все в порядке, – засмеялся я, – пошли в кабинет.

Сев в кресло, Веня сразу начал деловой разговор:

– Только из-за Ирины я не выпер Вадима вон, жена его жалела. Мне мужик вообще не нравился. С Ирой он прожил недолго. Моя супруга не дура, поняла, что за фрукт ей попался, и быстро с ним распрощалась. Она полагала, что Вадим исчезнет из ее жизни, а вон как обернулось.

Бобров постучал пальцами по подлокотнику кресла.

– Ваня, пойми меня правильно и не думай, что я деньгами хвастаюсь. Сумма, которую надо отдать за чекап, для меня ничтожна. Даже не замечу, что потратил ее. Ужин с моим любимым коньяком в ресторане Алеши Кропоткина дороже обойдется.

– На пике стресса все возможно… – начал Боря.

Гога рассмеялся:

– Какой стресс? Он жил на всем готовом, ни малейших проблем, ни страхов. Не женат, детей не завел, ни о ком голова не болела, только собой был занят. Грязнуля поганая! Нет! Тут в другом дело.