Бабочка под стеклом

— И что же я им говорю?

На прямо поставленный вопрос Нина Владимировна так и не ответила, вместо этого сказала:

— Игорь — хороший отец, он детей любит. И если у него сейчас… не так много времени, то это совсем не значит… И я их бабушка! Я все права имею! А ты обрадовалась, да? Подсовываешь им нового родственника и думаешь, что он деньгами их к себе привяжет?

— Нина Владимировна, вы сейчас такие глупости говорите… К вашему сведению, я даже Антону не сказала, как его хороший папа хотел его чёрт знает куда переселить.

— А то, что Эля плачет, она не хочет к Стеклову твоему переезжать!

— Она вообще переезжать не хочет, потому что ещё не понимает.

Нина Владимировна осуждающе покачала головой.

— Не дело ты затеяла.

Марина ворох детских вещей из шкафа вынула и на кровать всё бросила.

— Лучше бы вы это сыну своему сказали, когда он любовницу завёл. А мы с вами теперь даже не родственники, поэтому сохранять хорошие отношения не обязаны. Вы для моих детей — бабушка, и так будет. Всё останется по-прежнему, по крайней мере, для вас. Они также будет к вам приезжать, если хотите, а всё остальное от вас зависит.

— Что?

Марина посмотрела на неё в упор.

— Не озвучивать свои претензии ко мне в присутствии детей. Этого я терпеть не буду.

— Как ты заговорила. А я мало для вас делала? — Нина Владимировна тяжело махнула рукой. — Правильно говорят, сколько не вкладывай в детей, никакой благодарности."

"— Нас — больше нет. Семьи больше нет. Вы с Игорем отдельно, а я отдельно. Только дети между нами, и тянуть их из стороны в сторону, я не позволю, так и знайте.

Нина Владимировна ладонью по юбке провела, разглаживая ткань.

— Я тебе уже говорила, ты неправильно себя вела, ты. Поэтому он и ушёл.

— Мне уже всё равно, почему он ушёл. Он сделал всё, что мог.