Бабочка под стеклом

Я буду в городе до конца недели… Может, завтра?

Марина торопливо кивнула.

— Хорошо. Только… вечером. Я работаю.

Николай Викторович вдруг улыбнулся.

— А я ведь не спросил, где ты работаешь.

— Я кассир, в ""Сбербанке"". — И на свой зелёный шейный платок указала.

— А я смотрю и думаю: что-то знакомое.

Марина улыбнулась.

— Николай Викторович, — к ним подошла девушка, которая Марину до кабинета провожала, и очень деловым тоном сообщила: — Дмитрий Алексеевич просил вам передать.

— Спасибо. А он…

— Дмитрий Алексеевич уехал.

Девушка ушла, и ни одного взгляда в сторону Марины не бросила — ни любопытного, ни заинтересованного. Очень занята была. А вот Марина ей вслед посмотрела, оглядела прямую спину и идеально скроенный пиджак. Как в кино, честное слово. Раньше Марина даже не догадывалась что такие девушки — идеально-деловые-стройные в её городе живут.

— Дима — мой заместитель, — сказал Стеклов, а та спохватилась и изобразила интерес.

"На прощание Николай Викторович её за руку взял и смотрел так, что впору было расплакаться, Марина была почти готова к этому. Не от трогательности момента, а всё от той же сумятицы в душе. Никак не могла избавиться от чувства нереальности происходящего, на Стеклова смотрела, и постоянно приходилось себе напоминать, что он её отец.

— Я очень рад, что мы друг друга поняли, Марина. Правда, рад. Я переживал по этому поводу. Думал, ну что я тебе скажу? Ты уже взрослая, ты меня не знала никогда, ты должна на меня злиться…

— За что? Вы же обо мне не знали.

Стеклов вдруг испугался чего-то и почти поклялся:

— Не знал.

Его пыл и огонь в глазах, выдававший неподдельное волнение, заставили Марину улыбнуться.

— Да если бы и знали, Николай Викторович… Вы сами сказали, что мы взрослые люди. По крайней мере, понять бы я попыталась.

— Это хорошо.

Весь день на работе Марина обо всём с ней случившемся раздумывала. Впервые за несколько месяцев отвлеклась от мыслей об Игоре, и подумала о себе.