Бабочка под стеклом

 — заговорила она торопливо. Трубку сняли только после десятого гудка, и когда они прервались, Марина почувствовала огромное облегчение. — Ты злишься ещё?

— Извините, Марина Николаевна, я просто сняла трубку. — Голос Натальи по нервам, как кнут, ударил. Марина даже трубку от уха отвела на мгновение.

— Ничего, — пробормотала она. Осторожно вдохнула. — Ничего, — повторила Марина. — Дмитрия Алексеевича позовите, пожалуйста. Он у себя?

— Нет. А вы не знаете? Он сегодня в Москву уехал.

Сердце последний раз подскочило и остановилось.

— В Москву? Надолго?

— Я не знаю. Вообще-то, у него нет особых причин возвращаться. Управляющий справляется, работа налажена. А он вам не говорил?"

"Марина потерянно молчала, а Наталья вполне довольно выдохнула в трубку:

— А я завтра уезжаю, меня позвали в московский офис.

Марина зажмурилась изо всех сил.

— Поздравляю.

— Спасибо. Хотите, я что-нибудь передам Дмитрию Алексеевичу? Думаю, я завтра его увижу. Или вы сами позвоните? — В голосе Натальи слышались победные нотки, а Марина кулаки сжала, из последних сил пытаясь держаться.

— Сама… — ответила она и даже сумела вежливо попрощаться: — До свидания. — И трубку положила.

Рука Грановича неожиданно дрогнула, и коробка со скрепками упала на пол, и всё её содержимое рассыпалось по ковру. Дима с досады даже ругнулся в полный голос. Потом нажал кнопку селектора.

— Вера, зайди ко мне. И… уборщицу вызови.

На кресло сел и снова посмотрел на разноцветные, яркие скрепки, поддел ногой угол ковра.

Секретарша в кабинет бочком вошла, на начальника сначала посмотрела в ожидании, а потом заметила беспорядок на полу.

— Ой, Дмитрий Алексеевич… Я сейчас всё уберу. — Она к ковру подошла, на корточки присела, а Гранович испустил раздражённый вздох. Кажется, в последнюю неделю он свою секретаршу до дрожи запугал. Настроение было ни к чёрту, без конца на всех срывался, и добился того, что бедная девушка Верочка готова по его ковру на коленях ползать, лишь бы очередной приступ гнева у него не вызвать.

— Не сама, Вера, уборщицу вызови.

Секретарша поправила очки в элегантной оправе, и как Дмитрию показалось, чуть прищурилась, к нему приглядываясь.

— Дмитрий Алексеевич, вы хорошо себя чувствуете?

Он брови сдвинул.

— А что?

Вера тут же смутилась и глаза опустила.