Бабочка под стеклом

Он её целовал, губы неторопливо прошлись по плечу, затем поднялись к шее, мужское дыхание становилось всё более сбивчивым и горячим, Марина начала расслабляться, но не удержалась и всё равно спросила:

— Это ты её позвал?

Дима поднял голову.

— Кого? Наташку?

— Да. — Марина в глаза ему посмотрела. — Зачем ты её позвал?

Он насмешливо фыркнул.

— По работе позвал, она мне документы привезла. — Головой недоверчиво мотнул. — Мариш, да ты что?

Она отвернулась.

— Ничего. — В глаза ему не смотрела, но зато прижалась щекой к его плечу.

— С работы? — Он на локте приподнялся и посмотрел с интересом. — С чего вдруг? Ты даже в отпуск не хотела уходить.

— Не хотела, — призналась она со вздохом. — Но я не могу больше. Они шепчутся у меня за спиной, обсуждают, как я, с кем я. Не могу больше.

— Если не можешь, уходи.

Марина на подушку откинулась.

— А делать я что буду?

Гранович хмыкнул.

— Ты сначала уволься, а потом будешь думать. — Он замолчал на несколько секунд, затем Марину поцеловал и лёг рядом с ней, обнял одной рукой. И вдруг улыбнулся. — Это что же получается, ты меня к Наташке приревновала?

Марина локтём его пихнула, повернулась спиной, а Гранович довольно рассмеялся.

Дмитрий с тяжким вздохом перевернулся на спину, и лицо рукой закрыл. Замер так, но Марина знала, что ненадолго. Он уже час ворочался, никак уснуть не мог, и ей не давал. Она первой не выдержала, повернулась и тихо спросила:

— Чего не спишь?"

"— Готовлюсь морально.

Она улыбнулась в темноту.

— Он же маленький, Дим.

— Да, но зато гад большой.

Словно в доказательство его слов из-за двери послышалось жалобное мяуканье, почти плачь. Марина решительно откинула одеяло, собираясь встать.

— Я схожу.

— Не надо. — Дима её за руку схватил. — Мы же договорились. Не будем поддаваться.

— И спать не будем?

— Марин, это дело принципа.

— Боже, принципы в ход пошли!

— Конечно.

Марина снова прилегла, к Дмитрию придвинулась, руку на его грудь положила и погладила успокаивающе. Поводила пальцем, после чего опустила руку вниз по его животу. Гранович тут же откликнулся на это движение и хмыкнул.

— Отвлечь меня решила?

— Чего не сделаешь ради маленького бессловесного существа.

— Действительно, — согласился он, обнимая её.