Бабочка под стеклом

— Может быть… Но время появилось недавно, раньше такого не было.

— А чем он занимался.

Внутри зрело раздражение, и Марина не знала, что с ним делать. Вроде бы ничего особенного Дима не спросил, но ответы, которые ей предстояло дать, Марину совсем не радовали.

— Нашими с Игорем проблемами он занимался. Игоря постоянно не было дома, я работала, а Антон забирал Элю из сада. Он с ней гулял, он её кормил обедом. — Посмотрела с вызовом. — У него не было времени!

Гранович спокойно смотрел на неё, и в его глазах не мелькнуло ни тени осуждения.

Только кивнул через пару секунд.

— Тем более. Он сейчас просто не знает, что со своей свободой делать. Не думаю, что ему стоит давать шанс самому придумать себе занятие.

Марина вдруг испугалась.

— Да?

Дима кивнул.

— Да. Если хочешь, я сам спрошу у него про бассейн. Или футбол.

— А если он не захочет?

— Захочет, — хмыкнул Дима. — Я знаю, как убедить.

Его тон Марине не понравился, но прежде чем она сумела сформулировать свои сомнения, Гранович с кухни уже вышел.

Она на стуле повернулась, чтобы увидеть, куда он пошёл. Но Дима прошёл мимо лестницы и скрылся в своём кабинете, дверь за собой закрыл. Марина на спинку стула откинулась и сжала в ладонях тёплую чашку. Какой-то странный разговор у них вышел. Они в первый раз говорили так открыто, да ещё и про детей. И это вместо того, чтобы поговорить о том, что между ними вчера случилось. Чтобы хоть как-то прояснить ситуацию, решить, как им дальше общаться и о чём не стоит в дальнейшем упоминать, никогда. Может, на самом деле правильнее всего сделать вид, что ничего не было?

Глаза закрыла, но вместо того, чтобы собраться с силами, перевести дух, ей снова вспомнился Димка, его руки на её теле, тёмные глаза, которые пристально вглядывались в её лицо, когда он наклонялся к ней, чтобы поцеловать. По телу дрожь прошла, Марину передёрнуло от волнения, и она поспешила подняться из-за стола. Нужно чем-то заняться, чтобы не думать.

Когда Дима из кабинета вышел, в доме уже всё стихло. Первый этаж тонул в темноте, только на лестнице светильник горел.

Поднимаясь, Дима и его выключил. И даже про себя порадовался, что день закончился. Наполненный раздумьями, сомнениями и нерешёнными проблемами день. Правда, от того, что он закончился, совсем не легче, раз завтра утром всё сначала начнётся, с той же точки, на которой сегодня остановится. Но всё-таки передышка, хоть и небольшая. На второй этаж поднялся и остановился, глядя в сторону тускло освещённого коридора.