Атлантарктида. Дикий, дикий Норд. Из глубины

– Да бегите же наконец!

– Идём, – сказал Вербов, протягивая руку Дрёмову. – Может, успеете с нами, внук Перуна?

Дрёмов понял его, криво улыбнулся.

– Все мы внуки Перуна… я должен проконтролировать сброс, бегите! – в третий раз повторил он, поворачиваясь к пульту и хватаясь за змеевидные рычаги.

– Ты уверен, что действуешь правильно? – помедлила Инга.

– Хочу верить, – ответил Вербов.

Бросились к «деревьям», но Инга вдруг вернулась обратно, поцеловала Виктора Степановича в щёку и вернулась. Вербов, остановившийся у прохода между «деревьями», молча коснулся её руки.

Натянули маски, пробежали «посадки», наткнулись на груду оружия и на группу людей: двое лежали на полу лицами вверх, глаза их были закрыты, двое сидели на полу спиной к спине, двое держали их на прицеле автоматов – моторист Ваня Комов и бортинженер Володя Пинчук.

Лобанов сидел на корточках возле одного из лежащих. Поднял голову, когда появились Вербов и Вершинина. Лицо у него было угрюмое, измазанное кровью.

– Такие вот пироги.

– Кто?! – выдохнул Вербов, хотя и так было понятно, кто из членов группы распластался на полу.

– Пальковский.

– Жив?

– Убит. – Лобанов выпрямился, виновато посмотрел на Ингу. – А мы хотели бежать к вам на выручку. Или вы разминулись с их второй бандой?

– Не разминулись, – буркнул Вербов.

– Уходим, – сказала девушка, окинув сидящих на полу американцев быстрым взглядом.

– А где Виктор Степанович?

– Остался.

– Зачем?

– Капитан, потом объяснимся!

– Слушаюсь. – Лобанов стёр со щеки кровь, озабоченно посмотрел на ладонь, перевёл взгляд на убитых.

– Придётся оставить, нет никаких гарантий, что мы все уместимся в капсуле.

– А с этими как?

Инга помедлила.

– Я бы их оставила… убивать – марать руки… и спасать не хочется… stand up!

Пленники вскочили.

– Простите, мисс, я капитан Ренделл… – начал по-русски старший из них, с залысинами.

– Cilens! Before! Run!"

"Вербов развернул низкорослого капитана Ренделла в дыру прохода, по которому они недавно выходили в центральную зону Буфера, и все побежали в переливчатую пелену краевых искажений зоны, забыв о потере ориентации в странном пространстве.

Однако проскочили облако искр все, американцы в том числе, собрались в чешуйчато-ребристой трубке тоннеля, снова побежали вниз, под уклон.

Лобанов догнал Вербова, понизил голос:

– Майор, неужели всё то, о чём ты так красноречиво молчишь, правда?

– Преследователям кранты, – выдохнул Денис. – Дрёмов остался сам.