Атомный поезд

Кудасов оторопел.

— Так это получается…

Николай Тимофеевич с досадой махнул рукой.

— Да ничего не получается! Если бы я работал психологом, ты бы ни о чём плохом не думал! А раз я особист — сразу подозрения. Небось думаешь, что Кравинский тебя в стукачи вербует?

Старший лейтенант потупился. У него действительно мелькнула такая мысль, и сейчас он её устыдился.

— Никуда я тебя не вербую! Кто надо — уже давно завербованы! И, кстати, стукачами их только дураки считают да прямые враги. Потому что это добровольные помощники, доверенные люди, конфиденты.

Подполковник понизил голос.

— Я тебе одну вещь скажу. Секретную. Так что сам понимаешь…

Кудасов напряжённо сглотнул и кивнул.

— Недавно в самом Генштабе разоблачили шпиона. В больших чинах, в генеральском звании, а работал на американскую разведку. Что наработал — кто его знает! Только и про наш поезд он имел информацию.

Кравинский прищёлкнул языком. Вёл он себя совершенно естественно, говорил искренне и внушал собеседнику полное доверие.

— А наш поезд — вещь сугубо практическая. Если про него конкретная информация уйдёт: как он устроен, да где базируется, да как охрана организована, да по какому маршруту идёт…

Контрразведчик вздохнул.

— Это, брат, только первый этап. Потому что хочешь не хочешь, а следующим этапом должна быть диверсионно-террористическая акция, чтобы поезд наш уничтожить со всем, естественно, экипажем! Вот такие пироги, это не игрушки, не шутки и не страшилки! Когда об обороноспособности страны говорим, это вроде какая-то абстракция, от нас от всех далёкая. А если поезд взорвут и наших людей поубивают — это конкретика, она каждого касается, вот она, здесь, в груди… Послушай!

Николай Тимофеевич приложил руку к сердцу.

— Послушай, послушай!

Кудасов повторил его жест.

— Сейчас бьётся, а может остановиться! И всё, нет тебя! Жена плачет, мама с папой… А враги радуются!

Кравинский внимательно посмотрел на старшего лейтенанта и убедился, что с того довольно.

— Поэтому наша безопасность в наших руках. Как в одной книжке написано: «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих!» Так что иди, отмечай, радуйся жизни, но про опасность не забывай.