Атомный поезд

— Ну что ты! Разве свои с рыночными сравнишь?

Так они болтали ни о чём, Саша то и дело поглядывал в сторону Оксаниной комнаты.

Она вернулась минут через пятнадцать. На ней было красивое платье с вызывающим декольте и оголёнными плечами. На ногах новые босоножки на шпильках. Волосы полностью распущены. В ушах жемчужные серьги, на высокой шее такое же колье, на пальце тоже крупная жемчужина. Александр невольно залюбовался ею.

— Ты просто красавица! А что это за украшения?

— Родители подарили! — Оксана незаметно подмигнула матери.

Лицо Ирины Владимировны окаменело. Она повернулась к Кудасову спиной и стала остервенело тереть старое пятно в раковине.

— Так что у тебя за важное дело? — нетерпеливо спросила Оксана.

Самые опытные знатоки оперативной психологии не смогли бы выбрать более удобного момента для легализации драгоценностей. Оксана, безусловно, заслуживала отличной оценки по этому предмету. Но она никогда его не изучала и действовала по собственному наитию.

— Хочешь стать женой генерала? — загадочно прищурился Александр.

— Ты уступишь меня генералу? — сыронизировала девушка. — Но, во-первых, ни один генерал ко мне не сватался, а во-вторых, они все такие… взрослые.

С некоторых пор она избегала слов «пожилой» или «старый».

Кудасов рассмеялся.

— Нет. Карты судьбы выпали так, что я сам вполне могу стать генералом!

— Ты как будто в лотерею выиграл! Весь сияешь. Я тебя давно таким не видела.

Оксана пристально смотрела на молодого человека, невольно сравнивая его с Суреном Гаригиновичем.

— Ты меня никогда таким не видела, — сказал Александр и встал. — Я предлагаю тебе выйти за меня замуж.

Фраза прозвучала торжественно. Мать перестала драить раковину. Кудасов повернулся к ней.

— Ирина Владимировна, я прошу у вас руки вашей дочери!

На тесной кухоньке наступила тишина. Оксана порозовела. Хотя она и ждала этого, но внезапно разволновалась.

— Но почему такая срочность? — спросила она. — И кем ты будешь работать? Где?

— Оксана, — он накрыл её руку своей тяжёлой увесистой ладонью и проникновенно заглянул в зелёные, как два изумруда, глаза. — Я рассказал тебе в общих чертах о моих перспективах. Большего я рассказывать не могу. Тем более что и сам-то я знаю не так уж много. Скажу тебе одно: жить мы будем в нескольких километрах от Тиходонска.