Арса (СИ)

На крыльцо выскочила средняя сестра Людоты

-Людота, там…Там мертвый хазарин!

-О, Перун! - застонала Любава, - мы же не успели его похоронить! Теперь его душа будет неприкаянной! Нигде ей не будет отныне покоя!"

"-Любавушка, - попытался успокоить, безутешную женщину, Добрит, - ты же видела, что происходило с нами! Сейчас мы его похороним, и душа его успокоится!

-Нет, - Любава заломила руки, - по обычаям хазаринов, если воин погиб, его тут же, не мешкая ни часа, надо похоронить! Опаздывать нельзя, иначе воин будет испытывать душевную боль вечно!

-Людота, - прервала разговор сестра,- вы все говорите и говорите, а что с хазарином то делать? Боязно с ним рядом находится!

-Боязно, говоришь? - удивился Людота,-ты уже забыла, что несколько часов назад была мертвее, чем этот хазарин?

-О чем ты? - удивилась сестра, - что-то не пойму я никак, о чем ты толкуешь?!

-Ты все забыла?! - обрадовался Людота, - однако Олз говорил…

-Оставь его, дочка, - перебил размышления Людоты отец, - и иди в дом!

-Отец, - удивился Людота,-я не понимаю, что происходит!

-Сын мой, - отец помолчал, собираясь с силами, - сейчас я совершил поступок, за который буду долго себя корить! Но у меня не было выхода! Я стер память! Теперь наша семья не будет помнить тот ужас в котором находилась столько месяцев! Знаю все, что ты скажешь! Я не имел права так поступать! Боги покарают меня за то, что я употребил свои силы на личное благо, но… - отец разрыдался

-Отец, как ты мог подумать, что буду осуждать тебя? Я не смею! Наоборот, я считаю, что боги должны быть благодарны нашей семье! Вряд ли они предполагали, что нам придется бороться с той нечистью, которую когда-то сами заперли и запечатали своей печатью! Ведь мы все-таки победили! Мы справились!

-Ты и твои друзья молодцы! - грустно улыбнулся отец, - конечно, можно оправдаться перед богами, но как оправдаться перед собой?

Махнув рукой, отец удалился в дом.

Прошли сутки. Подземный ход, который пробурили Горники, давно принял четырех зверьков и их пленника.

На прощание Олз, еще раз, пообещал страшные беды и напасти всем, кто будет жить на земле Росов, когда печати Арсанов распадутся.

Ненависть осталась после Олза, и ее запах долго еще держал всю четверку в напряжении.