Сломленный принц

Честно говоря, вчера вечером я был не в лучшей форме. Да, меня вела слепая ярость, но вот стойкости было недостаточно. Я получил несколько ударов, от которых сейчас морщусь.

Синяк на ребрах слева стал фиолетово-зеленым. Я роюсь в вещах, чтобы достать футболку посвободнее и скрыть место ушиба, а потом надеваю спортивные штаны.

Спустившись на кухню, первым делом я вижу примостившуюся на коленях у отца Брук. Еще только половина десятого, но папина рука уже сжимает стакан скотча, который опять наполнен до краев.

– Есть новости от детектива? – спрашиваю я у отца.

Он коротко качает головой.

– Пока ничего.

– Меня прямо наизнанку выворачивает, – стонет Брук. – Бедная девчушка, совсем одна.

Она касается папиной щеки.

– Дорогой, тебе следует серьезно поговорить с Истоном о его любви к азартным играм. Ты только представь, каким страшным, должно быть, был тот букмекер, раз так сильно напугал Эллу.

Брук поднимает глаза над папиной головой, встречается со мной взглядом и подмигивает.

Гребаный кошмар, вот что это такое. Я пытаюсь отвлечь себя завтраком. Сандра пришла рано, и в духовке нас ждет стопка гренок и стопка бекона. Я накладываю себе полную тарелку и встаю, прислонившись к столешнице, не желая садиться за стол, где милуются папа и его дьяволица.

Папа замечает это и пересаживает Брук на стоящий рядом стул.

– Садись, Рид.

Я бросаю на него злобный взгляд.

– Используешь мамины слова против меня? Как подло, – бормочу я и сразу жалею об этом, потому что папа обиженно поджимает губы.

Брук тоже не выглядит особо счастливой, но лишь потому, что ей нравится притворяться, будто Марии Ройал никогда не существовало.

– Гренки еще остались? – голос Себастиана заставляет Брук промолчать.

– Да, давай положу тебе, – предлагаю я. – Сойер спускается?

– Еще нет. Висит на телефоне.

На губах Себа танцует ухмылка.

И мне вдруг вспоминаются подначивания Дэниела.

– Поосторожнее, ладно? – шепчу я Себу, протягивая ему тарелку.

Он хмурится.

– А тебе какое дело?

– По школе ходят слухи. Я не хочу, чтобы кто-нибудь прибежал к папе с этими сплетнями и вас отправили в интернат.

– А ты у нас такой хороший, что не впутываешься в неприятности? – язвительно усмехается Себ.