Сломленный принц

Когда из темноты вдруг выскочил этот парень в капюшоне, моим первым и единственным инстинктивным порывом было защитить свою девушку. Я даже не помню, как в меня вошел нож. Помню лишь, как оттолкнул Эллу и опустился перед ней.

Господи! А если бы Дэниел послал кого-то за ней, а не за мной? Если бы ее серьезно ранили?

– Рид, – с беспокойством шепчет Элла.

– М-м-м?

– Ты вдруг так напрягся. С тобой все в порядке? – Она резко садится. – Нужны обезболивающие?

– Со мной все хорошо. Просто думал о Делакорте и о том, какой он псих.

– Точно, – мрачно поддакивает Ист. – Надеюсь, в той военной тюрьме из него вышибут дерьмо.

Элла вздыхает.

– Это не тюрьма, а военная академия для трудных подростков."

"– Трудных подростков? – Ист фыркает. – Придурок вообще с головой не дружит. Он заказал моего брата!

– Ты и правда думаешь, что парень в капюшоне пытался убить Рида? А если он вернется и попытается снова? – Она кажется сильно расстроенной, и я сурово смотрю на Истона.

– Никто не пытался меня убить, – заверяю я ее.

Эллу передергивает.

– О боже, Рид! Зачем ты так сказал?

– Прости. Я сглупил. – Я снова притягиваю ее к себе. – Давайте больше не будем об этом говорить. Дэниел исчез. И он дал полицейским имя парня в капюшоне, так что скоро его поймают. Договорились?

– Хорошо, – отзывается она, но в ее голосе нет уверенности.

Услышав пронзительный крик, мы поворачиваемся в сторону бассейна, где на мелководье Себ пытается развязать трусики купальника Лорен.

– Себастиан Ройал! Даже не смей! – Но она смеется и пытается уплыть от моего младшего братца.

Сзади к ней подплывает Сойер, хватает ее, и перебрасывание начинается заново.

Ист наклоняется к нам и понижает голос:

– Как думаете, как это у них выглядит?

Элла прищуривается.

– Что ты имеешь в виду?

– Лорен и близнецов. Все думаю: они трахают ее вдвоем или каждый по отдельности?

– Честное слово, я и знать об этом ничего не хочу, – откровенно отвечает Элла.

Я тоже. Я никогда не спрашивал Себа и Сойера об их отношениях. В глазах всего мира Лорен – девушка Сойера, и мне плевать, что происходит за закрытыми дверями.

За нашими спинами раздаются шаги, и я напрягаюсь, когда на террасе появляется отец.

– Рид, как дела?

– Хорошо, – отвечаю я, не глядя на него.

Повисает неловкая тишина. Элла рассказала мне, что говорила с отцом, и с тех пор я не могу смотреть ему в глаза.