Артефактор. Книга 2. Око василиска

Тот смог в полёте превратить крик в мольбу:

— Помогиииите!

Теперь он точно готов говорить.

Мне вообще эта идея с побегами не нравилась. Наверняка, о тёмном маге знал что-либо лишь этот злобный отпрыск. А зная, уж точно не побежал бы к нему. Скорее вообще из города скрылся. С учётом его экипировки, от слежки он вполне мог уйти.

Да и простое задержание не факт, что смогло бы заставить его говорить. Зато один короткий полёт мог. Василиска бастард испугался точно больше, чем мага смерти.

Ну а остальные приведут к убежищу, где хранится награбленное.

Василиск кивнул Баталову и, мощно взмахнув крыльями, отправился обратно.

Я парил над домами, где загорались огни. Кто же знал, что у парня такой голосовой талант… Надо бы добавить моим птичкам возможность затыкать рты стихией воздуха.

Зверь приземлился у здания, и я прервал нашу связь. Открыл глаза и увидел духа, который сверлил меня недобрым взглядом.

— Мне почему не доверил?

— А вы бы и не смогли, — я устало потёр глаза.

Я искренне надеялся, что барон не шибко гулял в молодости. Иначе Баталов уже не будет так рад падению подозреваемых с небес.

Выйдя из хранилища, я попросил призрака его закрыть. И направился на улицу, встречать жандармов. Всё-таки сеть грабители смогли повредить, так что ближайший участок получил сигнал. Как и барон Кусов.

Я ожидал их, сидя на ступеньках.

— Бросили они его, — объяснил дух и принялся оправдываться: — Я всего-то немного припугнул. Всё с ним в порядке. Максимум — заикаться будет.

Призрак замолчал и испарился. По дорожке парка спешили люди. Возглавлял шествие пристав Заужский. Удивляться у меня уже не было сил, но я всё же спросил, когда он подошёл:

— Вы же перевелись обратно на Петербургский остров, Лаврентий Павлович.

— Верно. Меня вызвали, так как я вёл дело гильдии, — жандарм осмотрелся и остановил взгляд на бесчувственном грабителе.

— Отчего же? — не понял я.

— Возникли проблемы с установлением законности показаний некоторых… неживых свидетелей, — он поморщился.

— Тогда я вас порадую, — моя улыбка заставила пристава напрячься. — Дело вы сегодня же закроете. И какое дело, Лаврентий Павлович…

Вот уж повезло ему. Серия громких преступлений и будет раскрыта Заужским. Ну, точнее закрыта.