Артефактор. Книга 2. Око василиска

Но близко ко мне никто не подходил, благо каждый тут знал — когда я работаю, трогать меня нельзя.

Получилось неидеально, но получилось! Образы передавались чуть мутно, некоторые объекты размывались до схематичных силуэтов. Но это была победа.

Поднявшись, я потянулся, разминая мышцы. В шее приятно хрустнуло, и я хлопнул в ладоши.

— Ну а теперь, давай проверим в масштабе побольше, — я взмахнул рукой в небо, и гаргулья подпрыгнула, раскрывая крылья.

Я сконцентрировался на нашей связи и закрыл глаза. И пошатнулся, до того необычное было чувство.

Она поднималась всё выше и выше, пока я не дал сигнал, что достаточно.

Я видел почти весь Петербургский остров. Линии проспектов и улиц, горящие огни, скверы и парки, тёмными пятнами выделяющиеся среди яркого ночного города. Широкую Неву и даже сверкающий иллюминацией императорский дворец.

Дух захватывало и кружилась голова.

Я на миг открыл глаза и присел рядом с деревом, прислонившись спиной к его стволу. Пока придётся заземляться, чтобы не упасть от новых ощущений.

Устроился поудобнее, вытащил из-под мягкого места мелкий острый камушек, и снова обратился к зрению гаргульи.

Теперь предстояло научиться управлять, чтобы она летела в нужное мне место.

Хорошо, что гаргулья поднялась достаточно высоко. Пока я приноровился использовать приемлемое количество ментала, её полёт был похож на беспорядочное метание. Нужно было оставить птичке достаточно собственной воли, при этом перехватить часть контроля над действиями.

И я понимал, что будет в завтрашних газетах. «В небе над столицей замечен дракон!». Ну или что-то подобное.

Но ехать куда-то далеко за город мне не хотелось. Столько времени терять. Всё равно о моём зверинце узнают, рано или поздно. Сейчас же именно на меня подумают разве что несколько человек. И не думаю, что у них будут какие-то претензии.

Да и гаргулья не такая уж большая. Может, и не заметит никто…

Освоив контроль на хорошем уровне, я перешёл к следующей задаче — охоте.

Тут пришлось понять, как справиться с лапами и когтями. Замучался, не то слово. Но хоть моего питомца это всё веселило. Пташка счастливо верещала, ну вылитая чайка."

"Раза с сотого, как мне показалось, мусорный бак обрёл крылья и взмыл в воздух.