Армагеддон: Омнибус

Брат Джарольд оглядел собравшихся Храмовников, древнего из ордена Кулаков и закованную в лед землю.

— Время настало, — сказал он, изучая хребет острозубых гор на горизонте.

Каков бы ни был источник аномального сигнала, обнаруженного флотом, он находился за этим хребтом.

— Сегодня мы покажем зеленокожим, почему они должны нас страшиться. И они увидят, почему мы являемся для них воплощенным ужасом. Сегодня мы сразимся с врагом. Сегодня мы очистим Мертвые Земли от ксеносовской заразы, поразившей мир.

Выдвигаемся!

Час молений завершился.

С новой решимостью в сердцах, хранимые несокрушимой броней веры не менее, чем керамитом их силовых доспехов, космодесантники разомкнули круг и вернулись к своим машинам. С ревом мощных двигателей, подобным гневным молитвам брата Джарольда, Мстители Ансгара тронулись в путь.

Войско продвигалось неспешно, чтобы дредноуты не остались далеко позади. Брат Джарольд высадился в сердце Мертвых Земель с помощью десантной капсулы, и Храмовники не ожидали, что к их поискам источника аномального сигнала присоединится другой древний.

Их не на чем было перевозить, так что дредноутам пришлось идти самостоятельно.

Тем не менее у отряда не ушло много времени на штурм ледяного перевала, пролегавшего между зубчатыми обсидиановыми пиками. Пилот-инициат Эгеслик улетел вперед на своем «лендспидере», чтобы разведать дорогу и узнать, что находится по ту сторону хребта. Вскоре он вернулся, ловко пилотируя спидер надо льдом и не забывая сделать поправку на ветер, когда начал спуск с вершины перевала.

Его машина зависла перед тяжело шагавшим дредноутом.

— Брат Джарольд, — проговорил Эгеслик. — Тебе надо увидеть это самому.

— Это, — сказал технодесантник Исендур, указывая в центр пробитого во льду кратера, — источник аномального сигнала.

Космодесантники остановились у выхода из ущелья. Тени огромных ледяных скульптур, за тысячелетия выточенных ветром на немыслимой высоте, падали в долину. Брат Джарольд внимательно осмотрел видневшуюся внизу каверну."

"Вырытая зеленокожими расселина казалась ульем, беспорядочно набитым промышленными установками.

И она кишела орками. Ксеносы, суетившиеся по стенам раскопа, покрыли ледник сплошным зеленым ковром. Грохот их шахтерского оборудования эхом раскатывался между ледяными склонами. Там были специальные землекопные машины и другая техника, также подключенная к работам. На некоторых машинах торчали флагштоки, украшенные орочьей символикой и демонстрировавшие преданность зеленокожих своему роду.