Архитектура любви

"

"– Что странно? – Лера закрыла бутылку и снова полезла к заднему сиденью, чтобы вернуть виски на место.

– Девушки твоего возраста обычно выбирают лёгкий сладкий алкоголь. А ты хлещешь брют и виски.

– Хлещу? – Лера поперхнулась от неожиданности.

– Хорошо, предпочитаешь. Я был уверен, что ты откажешься. Но то, как ты смело отпила дорогущий виски прямо из бутылки, выглядело… божественно.

Лера мысленно записала ещё один промах в свой список глупостей за этот ужасно длинный день и тихо ответила:

– У моего отца в Туле ресторан.

– Неплохой бэкграунд для простушки из провинции, – Стас весело вскинул бровь, глядя на Леру, которая явственно ощущала, как на голодный желудок виски без особых преград растекался шальным теплом по всему телу, даря некую расслабленную невесомую лёгкость.

– А кому подарок?

– Какой?

– Коробка на заднем сиденье.

Стас улыбнулся и помедлил с ответом.

– Или это тебе подарили?

– Нет. Я купил его импульсивно для одной очаровательной особы. И теперь думаю, что зря.

– Почему зря? – Лера мгновенно представила себе шикарную молодую женщину, за которой мог бы ухаживать Стас. – Боишься, что она не оценит?

– В других обстоятельствах, думаю, оценила бы. Или немного позже. Но не сейчас.

Леру захлестнуло детское любопытство:

– А что там?

– Нечто… интимное, – Стас еле сдержал смешок и соблазн всё же вручить Лере подарок.

– Интимное? Какое-нибудь дорогое красивое бельё?

– Ещё интимнее.

Лера распахнула глаза и захихикала, ощутив румянец на щеках:

– Игрушки из секс-шопа?! Стас, ты такой негодник! – последнее слово вырвалось у неё слишком быстро, и она неловко зажала смеющийся рот ладонью.

– Уж какой есть. Не совсем игрушки. Но ты близка.

– Кто же эта таинственная счастливица?

– Я же говорил, что тебе не хватает всего глотка алкоголя, чтобы перейти к лёгкой манере общения.

– Коварный тип, – Лера хмыкнула. – Ты меня заинтриговал!

– Это был мой дерзкий план.

Остаток пути до вокзала прошёл в весёлой болтовне и взаимных подколах. Стас всё же решил не рисковать лёгкой атмосферой и не стал раскрывать имя особы, и уж тем более, наполнение чёрной коробки.

– Кажется, мы не опоздали.