Слепая зона (СИ)

Оба так напсиховались, что злобно молчим. Вот характер! Бесит. Дышим шумно и нервно.

Вместе смотрим фильм на ноутбуке. Друг на друга — не смотрим.

Мое сердце колотится очень быстро, и ничего с ним не поделать. Я ночевала с Тимуром, разумеется, но это было так давно. И будто не так остро. Кабина вдруг кажется какой-то крошечной. Иногда, когда музыка в кино стихает, слышно дыхание Платона, и у меня натурально скручивает желудок.

Определенно, эту ночь я не забуду никогда в жизни. Даже когда выйду замуж и нарожаю много детей, буду вспоминать ядреный коктейль из страха, адреналина и бесстыжего восторга.

Странное, дрянное желание. Ведь нам с Платоном обоим... так жестко и неудобно.

А потом главные герои на экране начинают заниматься любовью, и кабину заполняют их горячие, правдоподобные стоны.

Глава 26

Платон

Я смотрю в небо через тонированное стекло мазды Марселя.

Погода меняется стремительно, а вместе с ней и трасса. Каждый пилот поедет по своей собственной, эксклюзивной дороге.

Пятьдесят экипажей в полной боевой готовности уже ждут квалификационный заезд, по результатам которого пилоты выберут стартовые позиции в завтрашней гонке.

Марсель оборачивается:

— Платон, все ок?

— Егор прав, сразу ставим шипы. Снега пиздец навалило.

— Ага.

Мы прибываем на точку сбора в одиннадцать. Северное солнце из последних сил пытается слепить, а я — не контролировать, как отец паркует фуру. Хочу показать себе самому, и Москве заодно, что все ее рассуждения про мою душу — чушь собачья.

Никаких базовых проблем с безопасностью у меня нет и не было.

Батя, твою мать!

Подбегаю и машу, показывая, что уходит влево.

А вот и Егор. Пока гнали, он был делом занят — действительно важным. Помимо прочего, договорился со знакомыми, и его прокатили по трассе. Утром я получил подробную запись и, отдыхая на заднем сиденье мазды, просмотрел видео на четыре раза.

Увидев Егора, ощущаю радость и благодарность.

— Выглядишь хреновенько. Привет!

— Спал в машине, — зеваю. — Еще не проснулся.

Егор запросто протягивает свой кофе. Я беру, делаю глоток побольше.

— Агаевы на месте?

— А как же. Я глянул так, издалека, — качает он рукой в воздухе. — У них троит мотор.