Аргар, или Самая желанная

Окружавшие его стены снизу представляли собой фигурные арки и мраморные колонны, а вот второй этаж был украшен открытой галереей и резной балюстрадой. Здесь же журчал натуральный фонтан и цвели несколько видов экзотических растений, собранных, судя по их внешнему виду, со всей Галактики.

Я невольно задумался, для кого все это великолепие?

– Как тебе мой дом? – обратился ко мне повелитель.

Голос у него был хриплый, будто простуженный, да и манера говорить – весьма своеобразная. Он бросал слова резко, отрывисто, будто камни в воду.

Я не заметил, когда он появился рядом, видимо, препарат Лимары давал о себе знать. А вот он как раз понял, что я осматриваюсь.

– Очень большой, – осторожно ответил я, – не слишком ли много места для одного человека?

– Нет, в самый раз, – он хмыкнул. – Да и кто тебе сказал, что я живу один? У меня много слуг и рабов. И весьма приличный гарем. Может, однажды появится и семья.

""Он не сказал лайе"", – отметил я про себя. Значит, скрывает свою расу или просто не хочет ее афишировать.

– Лимара, дорогая, ты первая, – он открыл перед нами дверь и жестом пригласил войти в дом.

Лесваррка, бросив на него хмурый взгляд, подчинилась.

– Оэйн Витар, простите неразумную женщину, она не ведает, что творит, – повелитель с явной издевкой похлопал меня по спине, исполосованной энергобичом. Я сжал зубы, стараясь не согнуться под ""дружеским"" хлопком. – Сейчас мы это исправим.

Мы зашли в комнату, напоминавшую нечто среднее между кабинетом и библиотекой.

– Милая, – кхар осуждающе поцокал языком, – ты опять пьешь? А как же таблетки?

Лесваррка метнула в его сторону быстрый взгляд и залпом выпила содержимое бокала. Губы повелителя раздвинула тонкая усмешка.

– Женщины, – он развел руками, – абсолютно неприспособленные к жизни существа. Вечно сами себе вредят.

Я не мог понять, то ли он издевается над ней, то ли так шутит, но лесваррка, которая на корабле выглядела королевой и мечтала поработить весь мир, теперь казалась довольно жалкой.

Между тем теневой король Крога, изображая радушного хозяина, предложил мне сесть в соседнее кресло и подал стакан, от которого тянуло насыщенным ароматом ругасу. Потом и сам уселся напротив, грея в руках бокал с темно-бордовым напитком.