Ареал 7–8: Один в поле не воин. — Что посеешь

 – Последний раз предупреждаю! Я воткну скальпель ему в глотку!!!

– А я потом воткну тебе лом туда, куда ты даже не мечтала! – низко вибрирующий яростью бас Медведя перекрыл хруст выдираемой из петель двери. – Бросай нож, тварь! Руки на затылок!

– Стоять, козлы!!! – заорала Анна и неглубоко воткнула скальпель в шейную мышцу раненому Шороху. – Назад! Или я располосую ему горло прежде, чем вы сделаете ещё шаг!

Остановившийся в дверном проёме Медведь увидел, что вход перегорожен баррикадой и быстро преодолеть её не получится, мгновенно окинул взглядом лазарет и отступил назад.

– Чего ты хочешь, животное?! – зло процедил он. В следующую секунду в помутневшем от боли сознании Татьяны вспыхнул образ человека, находящегося где-то далеко, на севере от базы. Следом за ним один за другим с разных сторон вспыхнули другие образы. Медведь скривился: – Понятно! – Он обернулся к кому-то из бойцов: – Нас окружают! По местам! – В коридоре зазвучал топот, и здоровяк презрительно посмотрел на Анну: – Сидите здесь, мрази! Высунетесь – прирежу! И запомни, его жизнь – твоя жизнь.

Он одним движением захлопнул выломанную дверь, словно подпирая ей баррикаду с внешней стороны, и побежал следом за остальными. Анна отклонилась вбок, чтобы увидеть коридор, и удовлетворённо ухмыльнулась:

– Да, да, бегите, козлы недоношенные! Там вы и подохнете! – Она схватила раненого за ноги и подтащила к Татьяниной кровати. Скальпель не удержался в кровоточащей ране и со звоном упал на пол. Анна подобрала его и резким движением чуть не воткнула Татьяне в глаз.

Татьяна, с трудом оправляясь от сильной боли, заставила себя сделать вдох и просипела:

– Убей… Может, легче станет…

– Нельзя! – Анна усмехнулась, убирая нож. – Ты мой бонус! Сизый отвалит мне за тебя три лимона! Ты его награда, и он жаждет получить свой приз в ненарушенном товарном виде!

– Он же… – Татьяна скривилась от медленно уходящей боли, – убит…"

"– Убит?! – злобно засмеялась Анна.

– Откуда… у тебя «Шестое… Чувство»? – выдохнула девушка. – Его же у тебя забрали…

– У меня их было два с самого начала! – Анна презрительно хмыкнула.