Ареал 7–8: Один в поле не воин. — Что посеешь

Радовало лишь то, что агрессия мутантов была направлена на излучающие угрозу и ненависть экипажи боевых машин, и подключенный к «Невидимкам» Спецотряд на фоне палящих во всё, что движется, БМП не вызывал у зверья непреодолимого интереса.

К поселению Вольных удалось выйти только с наступлением ночи. Пульс лежащего на носилках Шороха практически не прощупывался, но испарина, едва заметно оседающая на поднесённом к его окровавленному лицу клинке, свидетельствовала о наличии дыхания. Медведь несколько минут изучал в ночной бинокль подступы к посёлку, после чего заявил:

– Все остаются здесь, с Шорохом.

Но всё вышло иначе. Едва часовые увидели Медведя, по нему открыли огонь пулемётные гнёзда, и в поселении объявили тревогу. «Эмка» в первую же секунду получила два попадания, и здоровяк залёг, скрываясь от огня. Но охрана поселения не успокоилась, и вскоре по холмику, за которым укрылся Медведь, ударил автоматический гранатомёт, а в воздух взвились осветительные ракеты.

– Если они свяжутся с Сателлитом, мы уйти не успеем, – встретил Медведя Базальт. – Байкал влез на дерево. Говорит, что в посёлке мобилизация. Все срочно занимают позиции. Мы уже поменяли дневные прицелы на ночные, если вдруг они пойдут в контратаку.

– Пусть сходят, если совсем тупые! – Медведь со злостью отряхивал налипшую на «Эмку» траву. – Не стоило открывать огонь в первый день, когда нашу горячо любимую фауну и без того всё бесит. – Он вышел в эфир: – Байкал, что видишь? Погоню готовят? У них миномёты есть?

– Миномётов не вижу, – откликнулся снайпер. – Если и есть, то отсюда не заметить. Погони нет. На них зверьё отреагировало, птицы уже напали, со стороны Жёлтой бегут волки, много. В кустах вижу кабанов, стая быстро растет, вожак в ярости, долго стоять не будет.

– Слезай. – Медведь угрюмо посмотрел в сторону Вольных. – Обходим посёлок с тыла и атакуем."

"– Вчетвером? – удивился Базальт. – Целый посёлок?

– Нам нужен транспорт. С носилками до базы пятнадцать часов пешком. Шорох может не дожить.