Антон Волков. Книги 1-4

"

"— Пожалуй, — протянул Конрад. — Об этом должно стать известным всему офицерскому составу. Объявите награду за поимку беглеца и не скупитесь! Листовки отпечатаем в самый сжатый срок и отправим во все комендатуры. Подберите нового начальника тюрьмы, а сокамерников беглеца отправьте в ров. Сегодня же.

— Это проще всего, — усмехнулся начальник СС.

— Оберфюрер не хотел бы начинать все сначала, — цепко глядя ему в глаза, тихо сказал Бютцов. — Вы гарантируете?..

— Да, — твердо ответил тот. — Город у меня тут, — он показал крепко сжатый кулак, — а окрестности в тройном кольце.

Ему некуда деться, пусть бы он был самим дьяволом! Заверьте господина Бергера в том, что надо ждать хороших вестей.

— Хотелось бы, — усаживаясь в машину и предлагая гауптштурмфюреру место на заднем сиденье, хмыкнул Конрад. — Но когда имеешь дело с такими свиньями, как русские, никогда нельзя быть ни в чем полностью уверенным. Отвратительные люди, непредсказуемые. Как думаете, собаки разыщут его в лесу?

— Нет, — равнодушно ответил Лиден и отвернулся, чтобы скрыть зевоту: ночь выдалась беспокойная и он смертельно устал.

* * *Антон подошел к зеркалу и вгляделся в свое отражение — чуть мутноватое, с каким-то зеленым оттенком стекло отразило бледное лицо с покрасневшими веками глаз, слегка тронутые сединой виски, успевшую отрасти щетину на подбородке. Седина почему-то поразила, словно он заметил ее впервые — еще до сорока тянуть и тянуть, а виски уже вовсю отливают серебром. Ну, ничего, говорят, это только украшает мужчину.

Волков подмигнул своему отражению и невольно поморщился от рези в глазах — чертова болячка! Врачи утверждали, что это от недостатка витаминов в весенний период и хронического перенапряжения зрения.

Витамины сейчас из области фантазии на летние темы, а выспаться тоже только сладкая мечта: частенько он приезжал в тихий домик только под утро и прямо в машине принимал люминал, чтобы успеть добраться до постели и сразу же уснуть, ни о чем не думая, провалиться в забытье, потому что вскоре опять вставать, бриться, менять подворотничок, чистить сапоги, наскоро перекусить, и в управление — работать.

Молоденькую соседку он теперь почти не видел, но, скорее всего, это только к лучшему — перестанут мерещится по ночам те минуты, когда он вышел на кухню и увидел ее стоящую обнаженной в тазу, не будут больше преследовать навязчивые видения ее тонких гибких рук, длинных стройных ног и казавшихся какими-то беззащитными лопаток на худенькой девичьей спине с выступающими позвонками.